Ко всему прочему сэр Грегори сумел спасти драгоценные портреты прежних представителей правящей династии и благополучно их сохранить. Именно эти портреты видела девушка во время своего первого и единственного посещения замка Сапфо.
Эллери с трудом дождалась окончания ужина. Даже усталость долгих дней, проведенных в дороге сюда, не смогла заглушить острое любопытство и почти физически испытываемую необходимость скорее получить ответы на свои вопросы и понять, как правильно распорядиться полученными знаниями.
Библиотека старого мужчины впечатляла. В иное время принцесса не преминула бы с удовольствием прогуляться меж идеально чистыми, без намека на пылинку, стеллажами, сплошь заставленными толстыми и тонкими томами, новыми и настолько древними, что, казалось, стоит неаккуратно дотронуться до обложки, как книга осыплется прахом.
Сам хозяин не присутствовал во время вечернего посещения книжного царства: может, по просьбе Сапфо, или же, возможно, осознавая, что присутствие посторонних — последнее, что нужно было сейчас двум царственным особам.
Трепетавший от важности возложенной на него миссии слуга провел их к самому дальнему краю заставленного полками помещения, где на невысоком столике, окруженном уютными на вид креслами, уже покоилась приготовленная для них книга. Как запомнилось девушке, у автора, описавшего легенду появления страшной долины, была не одна книга, потому предусмотрительно отобранный из нескольких его работ том вызвал легкое удивление. Неужели то, за чем они сюда приехали, не являлось ни для кого секретом?
Неприметная выцветшая обложка внушала недоверие — могло ли быть так на самом деле, что сохранность жизни Эллери зависела от какой-то простой книги? Принцессе вдруг вспомнились старые россказни Ниньи о том, что существует, якобы, где-то в мире таинственная Книга Судеб, в которой сокрыты все ответы, когда-либо интересовавшие любого из смертных. Няня была твердо уверена, что рассказы об этой книге не выдумка, но сама принцесса склонна была верить, что эта фантазия — не более чем плод чьего-то чересчур резвого воображения, или же чересчур крепкого — эля.
Девушка даже не заметила ухода слуги, так сильно её внимание поглотила книга. Сапфо отодвинул кресло, и принцесса механически опустилась в него, не отрывая взгляда от обложки. Что-то в ней тревожило душу, старательно выведенное имя автора не давало покоя.
Старый Боэль…
Вдруг позабытое воспоминание вынырнуло из глубин памяти, заставив девушку подскочить, не сдержав потрясенного восклицания.
— Что случилось? — моментально встрепенулся Сапфо и резко огляделся, словно ожидая обнаружить вокруг затаившихся врагов.
— Я только сейчас вспомнила… — изумленно пролепетала принцесса, все еще находясь в состоянии шока.
— О чем?
Эллери помедлила, воскрешая в сознании случайную встречу со старухой, напророчившей ей смерть и предупредившей, что спасение есть и связано оно с неким Боэлем. Вот только первыми её словами было предостережение об опасности для Сапфо, которая исходила от неё самой.
Возможно, сейчас был не самый подходящий момент откровенно рассказывать ему обо всем, но сил удерживать в себе правду больше не было. В конце концов, она не единожды намекала, а то и прямо говорила мужчине, так что эта информация не должна была стать для него большим потрясением.
Принцесса так и поступила — просто рассказала об этой встрече королю безо всяких прикрас, по памяти процитировав слова старухи.
Лицо мужчины окаменело. Он с явным трудом удержался от каких-либо выводов или комментариев, просто сжав губы и скупо кивнув:
— Мы обязательно вернемся к этому позже. Но сейчас давай закончим то, ради чего мы сюда пришли.
Эллери с благодарностью кивнула. Выдержать очередной разговор на тему «все твои доводы — сущая ерунда» сейчас она бы просто не сумела.
Девушка раскрыла книгу, Старые пожелтевшие страницы вызвали в душе священный трепет. На то, чтобы найти нужный им отрывок, потребовалось совсем немного времени — казалось, сама удача благоволила принцессе в тот момент.
Эллери погрузилась в чтение…
…Кхошальская долина издревле славилась как место чрезвычайно опасное. «Кхошаль» на древнем языке означает «гиблый», что в полной мере описывает эту забытую Господом землю.
Как бы далеко не забрел случайный путник, взгляду уставшему его откроется все та же однообразная картина: одинокие кустарники, нагие, лишенные листвы и всякого рода растительности, изогнутыми силуэтами своими тянущиеся к нависшему над головой серому небу. То тут, то там из чрева земли, вспенивая мутные зерцала стоячей воды, наружу вырываются испарения. С глухим бульканьем они прорывают зеленые островки тины, растворяясь в душном, пропитанном ядовитыми парами воздухе… Все, что находится в этой долине, есть Зло. И земля, и небо, и воздух.