— Но он ведь намеревается жениться на тебе, — снисходительно напомнила подруга, возвращая Эллери из омута томительных раздумий. — Что означает твою победу над старыми чувствами.
— Я боюсь, что со временем этой симпатии станет недостаточно. И он вновь станет думать о сестре. И страдать от невозможности обладать ею. А вместе с ним буду страдать и я.
— Тогда ты должна приложить все усилия, чтобы на место симпатии пришла любовь, — деловито заключила брюнетка. — Заставь его полюбить себя так же сильно, как любишь его ты!
— А с чего ты решила, что я его люблю? — удивленно воззрилась на нее собеседница и надменно вскинула подбородок: — После Майина я дала себе твердое обещание больше не влюбляться и до сих пор успешно следую ему. А все, что я испытываю к Сапфо, — не более чем симпатия, — слегка покривив душой, произнесла девушка и поспешила завершить эту скользкую тему: — Которой более чем достаточно для успешного союза.
Во взгляде подруги плескалось море скепсиса, но, к ее чести, она не стала продолжать этот разговор.
— Вы с ним уже целовались? — подруга лукаво перевела беседу в иное русло, точно зная, как лучше всего сбить с толку Эллери.
Эллери широко распахнула глаза.
— Что ты говоришь!
Дария на миг выглядела разочарованной.
— Я-то думала, он поспешил скрепить уверения во взаимности ваших симпатий поцелуем. Как в романах!
Эллери смутилась и промолчала, вспомнив, как совсем недавно в ее голову пришла схожая мысль, оставившая после себя легкий след разочарования.
— Да я бы ему и не позволила сделать это! — подбоченившись, надменно возразила девушка. — Мой первый поцелуй должен быть совсем не таким.
— А с Майином вы разве не целовались? — чуть краснея, вдруг озадачилась собеседница, смешно округлив глаза.
— Нет, — чуть хмурясь, качнула головой принцесса. — Было несколько моментов, но… Он так и не решился меня коснуться. Тогда я была очарована его робостью, мне казалось, что, наверное, сила его любви ко мне столь всепоглощающа, что она сковывает его подобно кандалам.
— А потом? — заинтересовалась брюнетка. — Мне тоже это кажется весьма романтичным.
— А после я поняла, что все его поведение было продиктовано одной лишь трусостью, — жестко обрубила девушка. — И не желаю больше об этом вспоминать.
Вскоре Дария засобиралась домой — впереди ее ждал визит портнихи и последние приготовления к балу, который должен был состояться на следующий день.
— Ах да, — она обернулась на порог и закусила губу, точно вспомнив о чем-то. — Оба принца завтра посетят бал. Любопытно, сможешь ли ты их узнать?
Насколько принцесса помнила из прежних посланий подруги, наследник престола и его младший брат долгое время отсутствовали в стране, получая образование где-то далеко. Отец Эллери всегда с неодобрением отзывался о таком подходе к обучению детей, предпочитая всегда держать своих отпрысков где-то поблизости. Этот пункт в свое время оказался еще одной строкой в длинном списке разногласий, заставивших двух королей на долгое время прекратить общение.
И вот теперь сыновьям Триниса предстояло воочию продемонстрировать старому отцовскому другу ошибочность его прежних убеждений.
Эллери вспомнила, что в детстве ей когда-то тайком нравился старший из братьев. Любопытно, сильно ли изменило их время? И возможно ли, что детская симпатия вновь проснется, уведя на задний план все недавние потрясения?
Впрочем, ей недолго оставалось предаваться сомнениям. Следующим же вечером девушке пришлось признать, что чувство к Сапфо оказалось сильнее старых симпатий. Ничем другим Эллери не могла объяснить собственного равнодушия при виде двух статных молодых людей, с которыми когда-то ее связывали детские игры.
Устроенный прием во многом превосходил те, что обычно проводились дома, и оба молодых хозяина блистали в центре внимания, прекрасно дополняя общую чашу благосостояния и целостности королевской семьи.
Прежняя Эллери не упустила бы возможности попытаться очаровать наследника или его брата — хотя бы из простого любопытства. Но сейчас она предпочла воздержаться от флирта, вместо этого развлекая себя легкомысленными беседами с Дарией.
Принцесса наблюдала за подругой, а мысли ее тем временем были далеко отсюда. Она думала и пыталась представить, чем сейчас был занят ее Король Эллери робко попробовала назвать его своим, и это обращение так удобно и уютно легло на язык, что она не могла перестать называть его так вновь и вновь.
Конечно, все было еще слишком зыбко, слишком ненадежно — в конце концов, отец до сих пор не дал своего согласия на этот брак! Но сердцу юной девушки отчаянно хотелось верить в сказку, которая вот-вот могла превратиться в быль, и оно не желало прислушиваться к робкому голоску сомневающегося разума.