Когда-то я ездила на том черном внедорожнике в компании лучшего друга, но больше мы не сядем в одну машину.
Мальчик вырос и превратился в дьявола.
Сегодня первый день, когда поеду в школу как одиннадцатиклассница. Точнее… не совсем первый. Нет, я не новенькая в гимназии. Хотя как посмотреть. В какой-то степени я действительно «новенькая».
От волнения желудок скручивается в тугой ком. Страх вернуться в гимназию спустя полгода накатывает волнами. Пальцы нервно теребят плотную ткань плиссированной синей юбки — привычка, которая не вписывается в новый образ, но от которой я ещё не избавилась. Порой не успеваю проконтролировать руки.
Дыши, Аврора. Все будет хорошо.
В отражении высокого напольного зеркала новая я. Эта девочка смотрит на меня с волнением.
Все будет хорошо, крошка. Больше я не дам нас в обиду.
Юбка теперь чуть выше колен. Ушитый в талии пиджак и красная ленточка вместо галстука — кажется, я носила форму всю жизнь, но еще никогда не чувствовала себя так комфортно.
Я больше не буду сравнивать себя с кем-то.
Легкие волны золотистых локонов едва тронуты мелированием. Красный полупрозрачный тинт. Красные высокие Converse в качестве сменной обуви завершают новый образ. Линзы ярко-голубого цвета блестят в свете ламп. И никакой оправы от очков.
Я больше не прячусь.
Подношу пальцы к накрашенным губам, вспоминая, как год назад прикусывала их до крови, лишь бы не расплакаться при очередном новеньком прозвище.
«Крот».
«Слепышара».
«Немая».
«Ботаник».
«Гугл-глаза».
«Крыса».
Выбирайте любое. Это не просто слова: я чувствую их мерзкую кислоту на кончике языка.
На запястье звенит браслет. Тоненькая золотая цепочка с крошечным замком. Подарок самой себе в день, когда решила: Филипп Воронов остается в прошлом.
Он внушил мне ощущение собственного бессилия и никчемности, а я верила ему слишком долго.
Это чувство… Чувство, что ты недостаточно хорош — оно вам знакомо?
Вам знаком неконтролируемый страх, сковывающий разум и тело, когда кто-то в школе произносит ваше имя? Вы ждете, как очередное оскорбительное слово, будто кинжал, вонзится между лопаток и оставит болезненный шрам глубоко под кожей?
Сталкивались ли вы с мыслью, что боитесь ехать в школу?
Кто бы что не говорил, невозможно не обращать внимания на детскую жестокость. На подростковую травлю. На насмешки, злые шутки и на их последствия.
В своих фантазиях я всегда была смелее, умнее, красивее. В фантазиях я знала, что ответить на хамские подколы. Я имела смелость быть не тенью самой себя, а настоящей Авророй. Но все это было в фантазиях до сегодняшнего дня.
«Уродина».
Не всем дано быть смелыми от природы. Кому-то приходится тренировать в себе смелость, сражаться со страхами и, не смотря на проигрыши, пытаться еще и еще.
Слышу, как за окном хлопает дверь автомобиля. Значит, он сейчас уедет. Можно спускаться.
Последний раз бросаю взгляд на взволнованную девушку в зеркале, подмигиваю ей и легко улыбаюсь.
— Все хорошо. Никто тебя больше не тронет.
Хватаю с заправленной кровати аккуратный красный рюкзак и выхожу из своего безопасного уютного мира.
С сегодняшнего дня я сама буду защитником для себя, раз тот, кто был рыцарем, решил стать палачом.
Глава 2. Король «Альмы»
Аврора
В салоне маминой Panamera пахнет духами с легким шлейфом тюльпанов.
Смотрю в окно, на сонный зимний Питер, когда мы выезжаем из коттеджного поселка на расчищенную от снега трассу. В утренних сумерках мелькают деревья в пушистых белых шапках из снега, высокие столбы фонарей и проносящиеся мимо машины.
— Ты же знаешь, что еще не поздно сменить школу? — Боковым зрением замечаю: мама бросает на меня взгляд из под ресниц. Ее пальцы с безупречным нюдовым маникюром сжимают руль чуть сильнее.
Моя мамочка — самая красивая, заботливая и лучшая женщина в мире. Наверное, я из тех детей, которым повезло иметь такую маму.
— Если скажешь прямо сейчас, мы с папой сможем тебя перевести. В конце четверти поменять решение не получится.
Папа готов носить ее на руках. Иногда он зовет ее самой требовательной музой времен и народов, и это очень точно описывает Василису Бестужеву. У нее невозможно упрямый характер, особенно, когда речь идет о семейном отельном бизнесе и папиных картинах.
У нее светлые волосы, аккуратно уложенные в волну, достающую до плеч. Чистые зеленые глаза с небольшой сеткой морщинок в уголках. А еще у нее изящные изгибы фигуры, которые не передались мне ни на сантиметр. Я похожа на нее, но худее и выше.