— Я жду, мистер Кушбери. Если вы ничего мне не скажете, то обещаю сделать так, чтобы Амп Хейвуд, когда его в конце концов привлекут за хищения в особо крупных размерах, получил максимальный срок. — Она чуть наклонилась к Бино. — Поверьте, я его не оставлю в покое, а втопчу в дерьмо.
— Что вы сделаете?
— То, что слышали. Неужели вы действительно думаете, что, располагая информацией, имеющей отношение к тройному убийству, можете вот так сидеть здесь и торговаться из-за своего грошового воришки?.. Это ведь не дела с оформлением недвижимости, а тягчайшее преступление.
— Вы… вы так не можете… — Бино начал заикаться. — Я… представляю этого человека…
— Вот смотрите. — Она вынула сотовый телефон, набрала номер, но прежде, чем нажать кнопку «Вызов», подняла на него хмурый взгляд и произнесла сердито, с нажимом: — Так как?
Бино подумал, что она даже больше сумасшедшая, чем он ожидал. Прекрасная сумасшедшая.
— Я… я… ладно, но по крайней мере дайте мне хотя бы посмотреть папку с делами. Если я намерен это сделать, мне нужно вначале ознакомиться…
Бино поставил перед собой почти полный бокал апельсинового сока и неожиданно правой рукой потянулся через стол к ее папкам. Она начала тянуть их назад, и в результате получилось так, что он тыльной стороной ладони перевернул бокал.
— Господи! — воскликнула Виктория, когда полный бокал сока пролился ей на колени и начал медленно стекать по ногам. Она вскочила со стула и посмотрела вниз, на кошмар, в который превратился ее строгий деловой костюм.
— О Боже, — взволновался Бино, — какой я неуклюжий… как это ужасно… — Он схватил салфетку и начал промокать пятна на ее костюме, делая еще хуже.
— Перестаньте! — крикнула она. — Да перестаньте же! — Затем схватила со стола две салфетки и в отчаянии посмотрела на официантку Эйнджел. — Где тут дамская комната?
Эйнджел показала на дверь в задней части ресторана.
— Оставайтесь здесь, — приказала Виктория, строго взглянув на Бино, и поспешила туда, оставив на стуле свой дипломат.
Когда пять минут спустя она возвратилась к столику, Бино Бейтса там уже не было. Вместе с ним исчезли также папки с делом Рина.
— Ну что за дура! — выругала она себя и посмотрела на стол, где о недавнем присутствии адвоката Кушбери напоминал перевернутый бокал с апельсиновым соком.
Виктория Харт осторожно подняла его и завернула в чистую бумажную салфетку. Затем положила в дипломат и вышла из ресторана. До здания суда ей предстояло добраться за пять минут.
Глава 7 Бланк экспертизы на желтой бумаге
Спустя девять месяцев после тройного убийства Виктория Харт добровольно прекратила дело против Джо Рина, Танцора. Вся процедура заняла меньше десяти минут. Когда судья Гоулдстон объявил о прекращении дела, мафиози понимающе кивнул, вроде как намекая, что на то была Божья воля, и медленно поднялся на ноги.
Джералд Коэн закрывал папки и одну за другой убирал в свой дипломат, в то время как его помощники-подпевалы, выпускники Йеля, покидая поле брани, собирали с длинного деревянного стола ручки, карандаши, записи и все прочее. Красавец мафиози улучил момент, чтобы встретиться с Викторией у двери из зала заседаний суда. Он грациозно отступил в сторону, чтобы пропустить ее, а когда они вышли в холл, повернулся к ней.
— Очень приятно, что справедливость наконец восторжествовала. Верно, прокурор?
— Вы это говорите мне? — спросила она, потрясенная его наглостью.
Он улыбнулся:
— Мне кажется, да.
— Тогда скажи своему шестерке-блондину, который сегодня утром украл папки с делами, чтобы прислал их назад. Там нет ничего, что я могу использовать против тебя. Это дело закончено… Но мне нужно их просмотреть и привести в порядок. Я уверена, ты просто хотел оценить мою возню, которая оказалась тщетной.
— Понятия не имею, о чем ты толкуешь, Вики, но позволь мне дать тебе совет. По отношению к тебе я был очень терпелив, не обращал внимания на повестки, которые ты рассылала моим друзьям и партнерам по бизнесу, и все остальное. Почти целый год я мирился с твоими нахальными необоснованными заявлениями и все время спрашивал себя: почему я проявляю такую снисходительность? И не находил ответа. Возможно, это потому, что ты привлекательная молодая женщина, а я воспитан вести себя с женщинами галантно. И все же мой лимит терпения ты уже исчерпала и в будущем должна будешь вести себя по отношению ко мне много лучше и держаться как можно дальше. Короче, я хочу, чтобы между мной и тобой было как можно больше места.
— Место, которое я присмотрела для тебя, — это камера в девять квадратных метров с видом на каменоломни. И начинай, Джо, привыкать ко мне, я всегда буду где-нибудь поблизости. Потому что только начинаю с тобой работать.