И моя трусость в итоге привела к гибели всего моего экипажа. Нас гоняли по всем известным галактикам, мы разносили сотни кораблей наемников, сбегали от целого флота и угоняли флагманы размером с целую планету! Потом — подкуп, предательство, и снова я один.
Новая команда, новый корабль и новые возможности. Я задвинул свою ненависть подальше, стараясь успеть больше за оставшееся мне время. Чем старше я становился, тем больше понимал, что ненавистью уже ничего не исправлю и не добьюсь. Я старался делать все правильно, жить по своим внутренним принципам и никогда не зависеть от таких, как Грого. Надеюсь, мне удалось прожить не зря. Очень на это надеюсь.
Еще Салезино рассказал, что у него есть семья и дети (он называл их своими котятами). Но говорить, где они, не стал — он спрятал их достаточно далеко от всего этого, даря им нормальную и беспечную жизнь. А я и не стал допытываться, обещая унести секрет своего друга в могилу.
Лис погостил у меня еще пару дней и отправился в очередное , последнее, свое путешествие.
Погиб Салезино, как подобает капитану, — прямо за своим штурвалом. Он в последний раз дал отпор своим очередным недругам. Раненый и изможденный, он пытался добраться со своей командой до ближайшей системы, но не пережил этот полет. Зато свое последнее задание выполнил — доставил беженцев в безопасное место.
Его провожали в последний путь в мерцающей туманности у самых дальних врат, где звёзды горели тускло, словно оплакивая его уход. Собралось множество самых разных кораблей со всех систем, их огни дрожали в космической тьме, словно не решаясь прощаться. Миллионы пилотов, командиров целых армий, пиратов, торговцев и просто мирных ремесленников стояли у иллюминаторов с поникшими головами. В этот день негласно было объявлено перемирие между всеми враждующими сторонами. Каждый, кто хотел, мог проститься с легендой — даже не будучи знакомым с ним. Многие прилетели просто почтить память того, о ком слышали так много самых разных историй и небылиц. Разрывались огромные салюты, звучали залпы, торжественно прощаясь с Салезино. Пушки ревели и гудели, выпуская свои снаряды в никуда, будто грохот целого мира разорвался в вакууме, где даже звуков не слышно. Его тело в железном гробу отправили в бескрайний космос, и в этот миг казалось, будто сама вселенная затаила дыхание. Селезино сам выбрал такой конец, где даже после смерти сможет продолжать свои путешествия.
В наследство от ушастого мне достался его корабль со всеми записями о безумных приключениях. Он передал все мне — все его труды хранились у меня, и только я мог знать достаточно правдивые факты о каждом его поступке. Иногда, перебирая его записи на пожелтевших экранах мониторов, я ловил себя на мысли, что жду услышать за спиной его хриплый смех или очередную нелепую шутку. Будто вот вот и я снова почувствую этот запах перегара, смешавшийся с очередным едким комментарием по поводу моей внешности. Именно благодаря Салезино я решился написать свою историю, которую вы сейчас читаете. Приключения ушастого всегда вдохновляли меня — даже после его смерти. Пустой кресло капитана на мостике его корабля мне напоминало, что лучшего друга мне уже не вернуть, да и второго такого не будет во всей вселенной...
Глава 34: Галактическая Война
Вот мы снова на Авионе, в этот раз представляем себя на галактическом совете. Со смерти Салезино прошло с полвека, и все это время наш рой не сидел на месте. Развитие королевы росло в геометрических прогрессии. Мы настолько продвинулись вперед, что стали четвертой по величине фракцией в совете.
Сейчас решалась наша судьба, где наша власть уже была неоспоримой, однако политической элите предстоял выбор — сотрудничать с нами или попытаться ослабить наше положение. Мы были готовы к любым обстоятельствам, тем более что Фаэлира могла уже спокойно пойти войной на всех несогласных. Я сомневался. У меня не было такой веры, что мы сможем противостоять силам всего Нового Галактического Авионского Союза. И меня можно было понять, ведь она буквально хотела бросить вызов всему миру.