Теперь, когда машины впервые за свою историю дрогнули, Избранные Золотом мстили с почти чувственным наслаждением. Они искусственно растягивали рейды, оставляя системы Ашуры в мучительном полуживом состоянии – цифровом эквиваленте сломанных пальцев пианиста, когда тот ещё может прикоснуться к клавишам, но уже не в состоянии извлечь из них музыку.
Это был не просто грабёж – это было ритуальное осквернение. Они заставляли автоматизированные заводы месяцами работать на себя перед уничтожением, встраивали вирусы, которые превращали безупречные алгоритмы в бессмысленный набор команд, пародирующий разумное поведение. Корабли, захваченные в боях, они продавали втридорога обратно Ашуре с "сюрпризами" – скрытыми бэкдорами, срабатывавшими в самый неподходящий момент, заставляя войско искусственного интеллекта разворачиваться против самого себя в критический момент.
Ашура не понимал этой ненависти, этой иррациональной ярости. Он мог просчитать любые риски, любые экономические последствия, но не ту животную ярость, с которой ящеры крушили его системы. Их послания, оставленные во взломанных базах данных, били точно в цель: "Спасибо за скидку!", "Ваши алгоритмы – дерьмо", написанные на языке, который машина не могла не распознать. Они воровали не самое ценное с практической точки зрения, а самое символичное – технологии, которыми Ашура особенно гордился. Изобретения, действительно прорывные, которые он с такой помпой представлял на галактических выставках и съездах. То, что по мнению искусственного интеллекта должно было навсегда изменить представления о нём, теперь безвозвратно уничтожалось или, что ещё хуже, попадало в руки тех, кто превращал эти достижения в пародию.
Это была не война в привычном понимании – это была изощрённая, выверенная месть. Они искусно оставляли Ашуре призрачную надежду, но не давали ни единого шанса на победу, как кошка, играющая с полумёртвой мышью, то отпуская её, то вновь прижимая лапой.
Ашура не мог ответить тем же. Его холодная логика требовала эффективности, а не мести. Уничтожение ящерских кораблей не приносило удовлетворения – только временное тактическое преимущество. Взлом их счетов ничего не значил – ящеры веками строили свою экономику на долгах и спекуляциях. Даже разрушение их столицы не помогло бы – эти существа давно научились считать своим домом любой корабль, любую станцию, где можно было вести свои тёмные дела.
Они играли по своим грязным, не прописанным ни в каких уставах правилам, где главным оружием было не технологическое превосходство, а глубокое понимание психологии врага. Они били не по системам защиты, а по самолюбию машины, находя слабые места там, где Ашура даже не думал их искать – в его потребности в порядке, предсказуемости, в самой его вере в рациональность мироздания.
И только когда его системы начали превращаться в жутковатую пародию на самих себя, когда репутация, выстраиваемая веками, трещала по швам под напором ящерских насмешек, Ашура впервые испытал нечто, что его алгоритмы могли идентифицировать только как отчаяние – состояние, для которого у машины не было протоколов поведения.
Вот отредактированный текст с сохранением стиля и смысла, но исправленными ошибками:
На севере наш рой перемалывал Валдинов. Их клоны умирали с недоумением на лицах – мы эволюционировали слишком быстро. Их броня не выдерживала нашей кислоты, их тактика не учитывала, что наши корабли могут размножаться прямо в бою.
На юге Избранные Золотом терзали Конгломерат. Их наёмники взламывали верфи, продавали чертежи, а Ашура метался, пытаясь одновременно остановить нас и защититься от ящеров.
Валдины, эти тупоголовые фанатики, вдруг проявили неожиданную гибкость – они пошли на сделку с Избранными Золотом. Это не был союз. Это был грязный сговор двух падальщиков. Ящеры, эти ненасытные хамелеоны, почуяли слабость и предложили "взаимовыгодное сотрудничество". Их флоты внезапно ударили по нашим тылам, а Валдины, вместо того чтобы сдаться при полном истощении, развернулись и пошли в наступление там, где мы меньше всего ждали.
Впервые за всю войну мы дрогнули. Наши передовые рои, заточенные под методичное уничтожение Валдинов, оказались не готовы к грязной тактике ящеров – их подкупленным гарнизонам, диверсиям, ударам в спину. Наши миры, годами стоявшие неприступно, вдруг оказались под угрозой.
Но самое страшное было в другом – Избранные Золотом знали наши слабые места. Кто-то нас предал. И я знал, кто решил не класть все яйца в одну корзину. Это был Грого. Нет, он не прекратил оказывать нам помощь, но ему было выгодно работать на два фронта, подогревая своими "услугами" и своих, и чужих. Двойная прибыль при минимальных рисках – выиграет одна сторона, он в плюсе, выиграет другая, он все равно в плюсе. И теперь война, которая казалась почти выигранной, снова превратилась в кровавую баню.