— Вы говорите о параллельных мирах? О других реальностях, существующих одновременно с нашей? — я пришёл только к такому выводу, пытаясь зацепиться хоть за что-то знакомое.
— Нет, даже не близко. Не вникай, всё равно не получится, — с долей усталости от разговора произнёс Мудрец. — Даже во всех языках вселенной нет слов, способных достоверно и точно описать всё это.
И ладно, мне глупость простительна, но ни Королева, ни Лилит, ни Адам со всеми объединёнными когнитивными возможностями роя не смогли в полной мере осознать сказанное. Я отложил попытки «понять», переключившись на иное. Мне теперь было больше интересно, что таким, как они, может понадобиться от таких, как мы. Но перед этим у меня был ещё один вопрос.
— Вы сказали, что я человек. Получается, вы могли встречать мою расу. Можете ответить, что с человечеством сейчас?
— Мы знакомы с человечеством, знаем людское начало и конец. Если всё же говорить понятными для тебя терминами, то люди, как и все другие живые существа, для нас — лишь секунда. Даже миллионы лет существования любого общества — не больше чем крошечная пылинка в этой пустыне. Поэтому мы точно не можем ответить тебе, что с ними происходит именно в этот момент. Искать нужную песчинку в бесконечном песке — крайне долго в твоем понимание. Мы потратим несколько твоих жизней на поиск нужного тебе ответа, — казалось, Луна даже не готов был пытаться, у него полностью отсутствовало желание влезать в подобную авантюру.
Это было очень обидное ощущение. Я будто стоял перед книгой со всеми знаниями мира, но не мог найти интересующие меня страницы. Это как понять бесконечность и знать, что ты в этой бесконечности в буквальном смысле — ничто.
— Ладно, думаю, нам пора возвращаться к делу. Теперь, понимая хотя бы долю ваших возможностей, мы сможем попытаться выторговать более выгодные условия для нас, — я решил говорить честно, не желая утаивать своих мотивов. — Что вам на самом деле нужно?
— Когда мы следили за вами, заметили, что у всех членов роя есть связь друг с другом. Мы не зафиксировали никаких волн, никаких всплесков, но точно знаем, что вы можете общаться и передавать свой опыт собратьям. Изучая каждую вашу особь, стало ясно, что вы сохраняете собственную личность существуя в едином рое. Эта связь полностью зависит только от активности мозга, — Луна говорил о мыслительной сети, они хотели понять принцип действия этой нашей особенности.
— Это нужно нам для перехода на следующий этап существования. Когда несколько из нас сливаются, пытаясь объединить весь накопленный опыт и знания, граница личности стирается. Получаемая сущность тонет в противоречиях и видит единственным верным выбором — существовать в бездействии. Проще говоря, она отключается от мира, погружаясь в саму себя, — добавил Мудрец, делясь наболевшим.
— Хорошо, мы расскажем вам об этом. Только не ждите, что я сильно много понимаю в том, как это работает. Думаю, Королева сможет больше вам рассказать, но её восприятие субъективно, имейте это в виду, — я почувствовал некую власть в этом вопросе, что дало мне повод диктовать свои условия, я даже старался также вычурно разговаривать как они. — Думаю, раз для вас сделка крайне важна, я имею право попросить кое-что взамен. Первое, чего мы хотим, — это остаться на этой планете.
Я понял, что близость к синам даёт нам некую безопасность и возможности. Лучше дружить с расой, особенно с таким бесконечным потенциалом.
— Вы сможете жить здесь, если согласитесь остаться на уже занятых территориях и не создавать больше новых колоний жуков, а также пообещаете не нападать на Сиенинов, — высказался Луна.
— Это нас устраивает на данный момент. Остальное надо ещё обдумать, чтобы сформулировать другие условия. Надеюсь, вы не против подождать немного?
Когда я вернулся в улей, Королева первым делом стала изучать моё тело, а именно те изменения, которые дали мне возможность говорить. Произошедшее, хоть и было чем-то крайне неординарным, давало нам множество возможностей, оставалось только понять, как ими правильно воспользоваться. Я всё думал о том, что если мы остались на этой планете и остались надолго, эти древние точно должны были знать о нашем существовании. Да и множество парадоксов не давали мне покоя: если они существуют и в настоящем, и в будущем, то зачем идти с нами на компромисс? Если наша сделка пройдёт удачно, они узнают всё, что хотели в будущем, и им не придётся договариваться с нами в прошлом. С другой стороны, если бы они не стали идти с нами на контакт, мы бы ничего им не рассказали, и в этом самом будущем договорённости не будут соблюдены, следовательно, они ничего не узнают из интересующего. Эту идею можно крутить до бесконечности, так и оставаясь в вечной петле сомнений и непонимания.