Оружие, которое мы скупали, с легкостью «бионезировалось», буквально сращиваясь с биомассой в рое. На его основе создавались жуки-пушки, зачастую стреляющие плазмой либо твердыми хитиновыми снарядами в форме спирали, способными пробить даже сталь.
Развивая нашу боевую мощь, мы взяли за основу общепринятую формацию НГАС, а именно: во главе находился авианосец с множеством маневренных истребителей, его прикрывали два фрегата, составляющие тяжелую артиллерию, основную огневую мощь, и с десяток легких корветов для поддержки.
Так началась новая часть нашей истории. Теперь мы вышли на уровень развития, где нас ждали новые трудности совсем иных масштабов.
Глава 23: И Снова Трудности
Я надеюсь, вы не думали, что я оставлю вас без небольшой локальной истории? Как бы не так! Пока наш рой развивался в новой системе и шли переговоры с местным "правительством", к нам все чаще стали наведываться сомнительные личности. Чем больше распространялись слухи о нас, тем больше "гостей" мы принимали. Одним из таких был скупщик редкостей по имени Салезино. Он продавал товар самым искушенным коллекционерам, поэтому частенько заглядывал к нам, чтобы пополнить свои запасы местными диковинками. Будь то экзотическая растительность, грибок, которым питались жуки в рое, части сброшенного хитина или "Ярость" — тот самый фиолетовый препарат, который когда-то вызвал у меня невыносимую боль. Со временем "Ярость" стала местным аналогом наркотика, экзотическим веществом для заядлых любителей острых ощущений. Но мы, пожалуй, не будем про это. Салезино даже пытался выкупить несколько жуков из роя, но, конечно, ему никто не позволил этого сделать. У него была своя небольшая команда и корабль, который стал захаживать к нам практически каждый месяц.
И вот, спустя два года постоянной торговли с этим скупщиком редкостей, он выразил желание встретиться с кем-то помимо Адама и Лилит, которые выполняли роль переговорщиков с развитыми расами. Салезино долго настаивал на своей просьбе, пока я, наконец, не согласился с ним увидеться. Его настойчивость вызывала у меня опасения, поэтому на встречу я взял с собой небольшую охрану — двух жуков-воинов, слегка улучшенную версию тех, кто сражался с корвалами.
Все началось слишком резко, явно выходя из-под контроля. Салезино двумя быстрыми шагами оказался у меня за спиной. Хоть он и выглядел как биологическое существо — что-то среднее между кошкой с короткой шерстью, хищной лисьей мордой и длинными ушами около двадцати сантиметров, — он был неестественно быстр для своего тела. Видимо, он перенес несколько операций, искусственно улучшив свои кости и мышцы.
— Ну ты и страхолюдина, — сказал он на всеобщем языке (если что, мой перевод вольный, с множеством допущений). — Скажи своим членистоногим братьям, чтобы отошли на десять шагов назад.
Салезино приложил кончик длинного охотничьего ножа волнистой формы к моей спине, беря меня в заложники. Я сомневался, что эта, хоть и грозная, но зубочистка сможет нанести мне непоправимый вред, даже если пройдет через хитин, но все равно приказал воинам отступить.
— А ты, наоборот, выглядишь достаточно мило для такого агрессивного существа, — ответил я ему, затем бросил взгляд на клинок. — Старомодно, не находишь?
— Не старомодно, а надежно. И следи за своим языком… — проворчал Салезино, осматривая помещение из живой биомассы. — Как же мерзко у вас тут!
— Что же тогда забыла у нас такая личность, как вы, с такой тонкой душевной организацией и аристократической натурой? — поинтересовался я, добавляя нотку сарказма.
Салезино громко рассмеялся и отступил от меня, вставая перед моим жучиным лицом. Его смех был громким, слегка переходящим в писк, и настолько заразительным, что я даже в душе улыбнулся.
— Ты слышал?! Тонкой душевной организации! — обратился он к своему заместителю, чье лицо было скрыто, а весь вид выражал полное безразличие к происходящему. — Ха! А ты мне нравишься! — он снова повернулся ко мне — Выпей со мной! Я бы хотел обсудить дела…
Так мы и познакомились. Салезино можно было назвать космическим авантюристом. Он постоянно попадал в самые разные неприятности и обожал рассказывать о своих приключениях: как он попал в космический шторм, уходя от кораблей законников, как грабил пиратские суда, по сути, обворовывая воров, или как любил запутывать своих врагов в астероидных поясах, где те теряли управление и врезались в массивные космические глыбы. Охота за наживой не была его главной целью — он часто возвращался ни с чем, но для него важнее было получить эмоции, прочувствовать опыт, который многие не смогут ощутить и за тысячелетнюю жизнь. Он полюбил наш рой за его… необычность? Да и мы с ним стали хорошими друзьями. Я всегда ждал его новых визитов, чтобы послушать о далеких планетах или странных, непонятных общин разных рас, разбросанных по всей галактике и занимающихся бог знает чем. Единственное, о чем он не любил говорить, — это его собственная раса. Он ненавидел ее всем сердцем и всякий раз уходил от таких разговоров, а если тема все же поднималась, сильно злился.