То, что мне намного проще получалось находить общий язык с Адамом и Лилит, не означало, что мы всегда и во всём соглашались. Они всё настаивали на том, чтобы придерживаться изученной ими стратегии других рас. Близнецы старались подкрепить своё мнение с помощью симуляций, проведённых на компьютерах Адама. Я же понимал, что нам нужен совсем иной подход. Я не хочу преуменьшать тысячелетний опыт других рас, но под наши реалии этот самый опыт не совсем подходит. Тем более что вражеский рой уже успел приспособиться, постоянно сталкиваясь с представителями НГАС.
Королева же приняла решение довериться мне. Ведь у меня уже был опыт боевых действий, в отличие от Адама и Лилит, что перевесило чашу весов в мою сторону. Они, конечно, имели доступ ко всем моим знаниям из мысленной сети, но выводы делали иные. Блезницы думали, что стоит провернуть нечто подобное тому, что я делал против корвалов. Я же, наоборот, считал, что стоит позаимствовать тактику боя у самих корвалов, которая так хорошо работала против превосходящего числом противника. Мне оставалось лишь проработать слабые стороны. Нашего предыдущего врага погубила неорганизованность и отсутствие сплочённости. Поэтому в нынешней атаке я стал лидером и командующим, который принимает все основные решения.
После двух лет изнурительной подготовки, наполненных бесконечными симуляциями и тактическими расчетами, мы наконец совершили прыжок в соседнюю систему. Наш ударный кулак состоял из трех колоссальных флагманских авианосцев, чьи биомеханические корпуса внушали ужас даже мне.
На центральном мостике царила напряженная тишина, нарушаемая лишь монотонным гулом живых систем. Я стоял у главного биологического проектора из быстро растущих клеток, ощущая едва теплый плотный хитин под ладонями, а рядом располагалось новое, куда более грозное воплощение Королевы. Ее обновленная форма, созданная исключительно для ведения войны, излучала почти физически ощутимую ауру власти.
Справа, на мостике второго авианосца, замер в ожидании Адам, его обычно спокойное лицо сейчас было напряжено. На третьем мостике Лилит с маниакальной сосредоточенностью проверяла последние показания биологических сенсоров.
Каждый авианосец представлял собой летающий арсенал, несущий в своих чревных ангарах по две тысячи истребителей. Эти смертоносные творения напоминали гигантские пули - продолговатые, с идеально обтекаемыми формами, слегка приплюснутые в носовой части. Их размер, чуть превышающий габариты старинного автомобиля, обманчиво мал - каждый из них был самостоятельным оружием уничтожения. Передние бронированные пластины, похожие на раскрытые двери, обнажали ряды живых плазменных пушек, пульсирующих в такт невидимому дыханию. Небольшие крыловидные отростки по бокам, совсем не предназначенные для аэродинамики, служили креплениями для дополнительного смертоносного оснащения. Эти существа были не способно летать в атмосфере планет, только в вакууме космоса.
Это было подлинное чудо биоинженерии - каждый истребитель являлся живым существом, жуком-убийцей, чей хитиновый панцирь мог местами регенерировать благодаря быстрорастущим клеткам. Среди стандартных моделей встречались и специализированные экземпляры - около десятка на каждый авианосец были оснащены устрашающими гарпунами с хитиновыми стрелами, способными пробивать даже самую толстую броню.
Моя тактическая задумка заключалась в разделении этого роя истребителей на несколько десятков автономных групп. Да, это значительно усложняло управление. Но взамен мы получали неоспоримое преимущество - невиданную свободу маневра и возможность атаковать противника одновременно с десятков направлений. Каждая группа функционировала как самостоятельный боевой разум, способный независимо оценивать ситуацию и принимать решения, оставаясь при этом частью единого смертоносного организма.
За каждым авианосцем следовало два артиллерийских корвета с дальнобойными орудиями и живыми турелями в виде жуков. Корветы были размерами чуть больше двух километров в длину и полтора в высоту. Также по десять лёгких фрегатов с множеством плазменных орудий у каждого — пятьсот метров в длину и сто в высоту.
Итого: 6039 боевых космических кораблей-жуков и один огромный корабль-пушка вышли из врат на вражескую территорию. Корабль-пушка был моей идеей однозарядного орудия, выпускающего огромный сгусток плазмы и умирающего после этого. Он был создан для того, чтобы одним махом пробить оборону врат нашего противника. Рискованная авантюра, у нас был лишь один шанс, одна возможность на удачный выстрел по формированиям, пока не последует реакция на наше прибытие.