Прогуливаясь по местным узким улочкам, мы дошли до дома Лилит в самом центре этого маленького городка. В её доме было минимальное количество биомассы — в основном всё было сделано из металла и лёгкого пластика в форме сот. Ещё в одной комнате у неё была лаборатория с быстрорастущими клетками. Она нашла способ по-другому ими пользоваться — не прибегая к возможностям мысленной сети, а выращивая живые организмы в пробирках.
— А в итоге, каким образом ты постарела? — наконец повторил интересующий вопрос, когда мы остались наедине.
— Это сложно объяснить простыми словами, — задумчиво произнесла она, наливая нам тёплой настойки из местных трав, после чего с тяжестью усаживаясь в ближайшее кресло. — Как я уже говорила, всем нам приходится чем-то жертвовать, особенно ради своих целей. Я не стала исключением. Создать новую жизнь не так сложно, а вот, как ты говоришь, «вселить в неё душу» — можно так выразиться? В общем, разум, эмоции, логическое мышление… Всё это очень сложно. Я хотела создать подобных себе, и для этого мне пришлось использовать своё тело.
— Что ты имеешь в виду? — с лёгкой напряжённостью спросил я.
— Фаэлира сделала нас с Адамом бесплодными. Поэтому мне пришлось изменить своё тело так, чтобы я могла…
— Не продолжай, я понял тебя. Получается, ты променяла своё бессмертие на возможность размножаться?
— Да, и не только. Не все, кого ты видел, являются моими детьми. Некоторые выращены из личинок, генетически изменённых по моему новому образу и подобию. Сложилось так, что их век сильно короток. Долгожителями у нас считаются те, кто дожил до тридцати, — с грустью в голосе сказала она. — У меня не хватает знаний и опыта Фаэлиры, чтобы исправить этот недочёт. Мои возможности крайне малы по сравнению с ней.
— И у тебя нет никаких идей, как можно было бы исправить это?
Мы переместились в её лабораторию, где она проводила свои опыты.
— Есть несколько вариантов, — Лилит отложила пробирку с мутноватой жидкостью на лабораторный стол. — Но это требует времени и ресурсов, а у меня здесь нет ни оборудования, ни помощников. Мои ученики... — Она бросила взгляд в сторону окна, где за стеклом копошились несколько молодых жуков. — Они стараются, но не успевают. К тому времени, как осваивают азы генетики, их жизненный цикл подходит к концу.
Я осмотрел лабораторию — тесное помещение с самодельными инкубаторами и кустарными приборами. Иногда мелькали дорогостоящие и непонятные технологии, но это было редкостью. Совсем не похоже на то, где можно нормально и с удобством работать. Она старалась обустроить все как могла, и это уже был достойны результат в таких условиях. Даже я, несильно разбирающийся в науках, с достоинством оценил подобный вклад в её дело.
— Почему не обратилась за помощью? Хотя бы к нейтральным генетикам...
Лилит отрицательно покачала головой:
— Слишком рискованно. Нас бы сразу взяли под контроль, ставили бы опыты и проводили эксперименты. Мне не хочется снова стать подопытным кроликом... Поэтому мы и поселились в этой заброшенной системе — подальше от чужих глаз.
Я молча кивнул, понимая её опасения. В то же время сознавал, что реальная угроза куда ближе — Фаэлира уже готова отдать приказ об уничтожении колонии.
— Не переживай, — Лилит положила руку мне на плечо. Её ладонь была шершавой от постоянной работы с реактивами. — Я знала, что рано или поздно вы нас найдёте. Просто надеялась успеть больше. Не кори себя, Арвум, это не твоя вина. Я сделала свой выбор с полным осознанием всех последствий.
Она изменилась за эти годы. Не только внешне — морщины, седина, медленные движения. Изменился её взгляд, манера говорить. Исчезла былая резкость, появилась какая-то усталая мудрость.
— Ты действительно создала нечто удивительное, — искренне сказал я, глядя на её "детей" за окном. Каждый жук имел уникальное строение, свои особенности. Они спорили, смеялись, работали — совсем как разумные существа.
— Спасибо. Хотя... — Она вздохнула. — Фаэлира вряд ли это оценит.
— А ты повзрослела... — с горечью выдавил я, услышав её ответ.
— Когда осознаёшь, что твой век скоро подойдёт к концу, хочешь не хочешь, а о многом задумываешься. Мне пришлось столкнуться со многим — с принятием себя и своего постаревшего тела, я хоронила своих близких. — В голосе Лилит было что-то успокаивающее. Я чувствовал себя маленьким ребёнком, которому объясняют очевидные вещи. — Хотя, казалось бы, всё, что ты видел — это лишь мелочь. Пустяк по сравнению с тем, что я делала, будучи в Рое и имея доступ ко всем знаниям королевы. Но сейчас, когда оглядываюсь назад и вспоминаю весь этот труд, проделанный нами в колонии... Это не кажется бессмысленным. Скажу больше — я горжусь этим!