Прикрепляя лист к мольберту, я насмешливо фыркнула:
— А что, эти времена когда-нибудь наступят? Скажешь, и покушения на тебя прекратятся? С чего бы вдруг? Ты ведь свободно разгуливаешь по улицам, словно подставляешься! Или… — я прищурилась, — ты и в самом деле подставляешься?!
Его улыбку можно было расценить как уклончивую.
— Эмма, не забивай всем этим свою белокурую головку!
— Перевожу это как «не твоего ума дело, женщина!» — проворчала я. — Ну, не моего так не моего, молчу.
Некоторое время в комнате и впрямь царило молчание. Я смотрела на мольберт, лишь изредка взглядывая на Кароля. Тот наблюдал за мной. Наконец спросил:
— Как вы поладили с Миленой?
— Свою задачу она выполнила прекрасно! — язвительно отозвалась я. — Моя репутация не только полностью обелена, но еще и подернута флером святости.
Кароль кивнул:
— Значит, не поладили.
— А что, должны были? Кстати, не хочешь спросить свою Милену о той ведьме-старухе с рисунка? Судя по реакции, она ее прекрасно знает.
Кароль проронил задумчиво:
— Вот как?
Я быстро набрасывала его склоненную голову, опущенные веки — Кароль пребывал в раздумьях. Может, плюнуть на академичность да и впрямь нарисовать его в профиль? Никогда не замечала у себя особой склонности к длинноносым субъектам, но данный конкретный нос просто необходимо каким-то образом увековечить.
— Ты спрашивала о Ведьмином Указе, — вспомнил Кароль неожиданно. Так, и про Милену он тоже ничего не скажет… — Это один из первых королевских указов Силвера.
Я знала, что прежний король Аггелус был весьма увлечен астрологией и предсказательной магией. Но что он практически шагу не мог ступить, не посоветовавшись со звездочетами и с доверенными колдунами, слышала впервые. То есть в конце его жизни Ристом фактически правил Магический совет, дергавший короля за ниточки, словно куклу-паяца…
— Официальное заключение гласит, что Аггелус умер от разрыва сердца, но до сих пор поговаривают, что колдуны-то его и сгубили. Хотя это навряд ли — они ведь знали, что на смену придет его брат, который их терпеть не может.
Так и случилось — чуть ли не первым указом Силвера был разгон Магического совета и запрет на колдовские действия, которые могут быть отнесены к черной магии; реестр таковых прилагался. Разумеется, подобный расклад колдунам и ведьмам, уже вкусившим власти и вседозволенности, очень не понравился. Силвер пережил несколько магических покушений, после чего по стране прокатилась волна арестов и казней заговорщиков, причем король отошел от обычного сценария казни ведьм: не утопление или сожжение, а усекновение головы. Это был прямой и ясный посыл — казню, мол, не за колдовские ваши деяния, а за государственную измену и покушение на венценосную особу. Хотя для лишившихся головы это было, само собой, без разницы, остальные сообщение усвоили и притихли. Да и простые ведьмы на местах — в деревнях, селах и городишках — на наглядных примерах запомнили, что за масштабные проказы вроде наведения порчи на целые семьи или мора на деревеньки теперь спуску не будет…
— Но Силвер ведь не отказался полностью от использования чародеев?
Кароль удивился:
— С чего бы отказываться от дополнительного оружия и возможностей? Просто он расставил все по своим местам: магия для королевства, а не королевство для магии.
— А Силвер сам волшебник? Вот наш Рагнар умеет вызывать ветер…
— Король — не маг. Но зато у него есть одно очень полезное для короля качество… — Кароль выдержал драматическую паузу. Я тихонько хмыкнула и не стала задавать ожидаемый вопрос «какое?». Разочарованный Кароль продолжил сам: — Он крайне устойчив к колдовским воздействиям. Ни один колдун не может овладеть его волей и разумом, заставить его плясать под свою дудку. Но колдовать он не умеет — может лишь отразить магическое нападение.
— А тебе самому приходится увешиваться амулетами?
— Ну да, — Кароль похлопал себя по груди. — У меня имеются еще всякие разные. Жаль амулет Возврата, он весьма дорогой и готовится очень долго. А ты носишь при себе что-нибудь подобное?
— Ну, я не такая важная персона, как вы с Силвером, так что у меня только вот…
Я вытянула из-за ворота серебряную цепочку и потрясла крохотными оберегами. Амулет-глазок от сглаза повесила мама еще в детстве. Бабушка подарила Колесо Солнца для богатства и плодородия. Топорик, защищающий честь и достоинство, поддерживающий благородство и справедливость, — от отца. Трефот из трех спиралек, помогающий достижению избранной цели, — подарок старшей сестры. А вот это Крест Волка, чтобы я не заблудилась в морском путешествии…