— Почему ты делаешь это со мной? Ты мог бы взять любую другую женщину. Они бы охотно пришли к тебе и сделали все, что бы ты не попросил.
— Они — не ты.
Эти простые слова потрясли Шей до глубины души. Нахмурившись, она выпрямилась.
— Я что, какая-то особенная, да? Если не брать во внимание твою страсть.
Нимф надолго замолчал, и его молчание окончательно добило ее.
«Глупо», — безмолвно ругала себя Шей, — «глупо было ждать от него признания». Ведь ее целью было убедить Валериана в том, что он на самом деле совсем ее не хочет. Не так ли?
— Ну, и? — не выдержала она.
Нимф продолжал молчать. Ни одного слова в качестве протеста, ни объяснения в любви.
— Я так не думаю, — наконец пробормотала Шей.
Девушка повернулась спиной к импровизированной двери и подошла к кровати, все больше погружаясь в уныние. Ей нужно хорошенько подумать и со всех сторон рассмотреть все возможные варианты. Разговор с похитителем — это драгоценное время, потраченное впустую.
Шей не собиралась спать до утра, ей очень хотелось прилечь хоть на пару минут, но она решила не поддаваться этому соблазну. Девушка всем сердцем жаждала вырваться отсюда и найти дорогу домой. Она не будет спать, хотя знала, что должна отдохнуть. Если она заснет, то станет еще более уязвимой, а Валериан может этим воспользоваться. Вопреки своему слову он сможет проникнуть в комнату и сделать с ней все, о чем мечтал, а она об этом даже не узнает.
Но в глубине души Шей знала, что это ложь. Она просто себя настраивала против него. Когда этот мужчина решит удовлетворить свое желание, то женщина будет знать об этом. Даже во сне она будет знать. Ее тело будет петь и стонать от удовольствия.
Этот мужчина опасен для нее.
Опасен, но Валериан не смог назвать ни одной особенности ее характера, которая бы ему нравилась в ней.
«Ублюдок».
— Не смей входить в эту комнату, — рявкнула Шей. — Ты меня слышишь? И не разговаривай со мной больше. Мне нужна тишина.
— Шей.
То, как нимф гортанно прорычал ее имя, заставило кровь в ее жилах словно застыть. Казалось, что Валериан страдает от невыносимой боли, затягивающей его в свой длинный темный и бесконечный водоворот.
— Что? — Шей хотела, чтобы вопрос прозвучал язвительно, но он получился легким, как выдох.
«Неужели он страдает?»
— Ты пленила моё сердце. Ты та, которую я ждал всю свою жизнь, хотя я не знал об этом, пока не увидел тебя. В тебе нет ничего особенного, для меня ты вся — особенная. Теперь спи. Завтрашний день будет очень трудным.
От его слов колени Шей подогнулись. Девушка бы так и упала ничком, если бы не успела схватиться за край кровати, и только так она смогла удержаться в вертикальном положении.
«Боже мой».
То, что он сказал… Никто — ни ее мать с отцом, ни братья или сестры, ни бесконечно меняющиеся няни — никогда не говорил с ней так. Шей почувствовала себя такой важной, такой… нужной.
Она едва знала Валериана. За те пару часов, что они провели вместе, она кричала на него и в то же время желала, проклинала его и даже ударила. А теперь всего несколькими словами он сокрушил ее защиту. Уничтожил все стены, которые Шей годами возводила, расплавил каждый кусок льда, которым она окружила свое сердце, и оставил ее душу обнаженной.
— О, мой Бог, — прошептала девушка, ужасаясь своему состоянию. Все, что она когда-либо втайне мечтала услышать, прозвучало только что из уст Валериана. Ну и как противостоять ему теперь?
Валериан провел всю ночь, стоя у двери в комнату Шей. Она, наконец, повиновалась ему, и незаметно для самой себя уснула. Хотя, будучи упрямой девчонкой, боролась со сном до конца.
Он чувствовал каждое ее движение. Каждый звук, который она издавала. Несколько часов подряд Шей искала выход из комнаты, шагая из одного угла в другой и бормоча себе под нос что-то о «тупых мужчинах», «глупых эмоциях» и «дурацких мистических городах, для чего-то возродившихся из небытия». Но со временем ее шаги замедлились, а поток проклятий иссяк. Он слышал, как девушка улеглась и с мягким вздохом погрузилась в глубокий сон. Валериан бегло осмотрел комнату и увидел, что она действительно уснула, растянувшись на холодном, твердом полу, а ее волосы рассыпались по полу, словно белоснежное покрывало.
Валериан заподозрил, что Шей нарочно не легла в кровать, и нахмурился, обдумывая этот факт. Ей пришло в голову, что он не возьмет ее, если она не будет лежать на кровати? Глупышка. Он возьмет ее там, где только сможет заполучить.
О, Боги, ему так хотелось прикоснуться к ней.
«Только одно прикосновение…»
Такая пьянящая мысль. Конечно, нет ничего плохого в том, чтобы переложить ее на кровать. Он ведь ее мужчина, в конце концов, и следить за тем, чтобы Шей было комфортно, его прямая обязанность.