Я визжу, когда он материализуется из леса прямо рядом со мной — хищник, который загнал меня точно туда, куда он хотел, чтобы я пошла. Крик вырывается из моего горла, прежде чем его рука грубо сжимается вокруг него. Горячее, злое возбуждение воспламеняется в моем нутре, когда он кружится, дергая меня с рычанием на губах, чтобы грубо прижать меня к дереву за спиной.
Я задыхаюсь, хватая воздух, глаза вылезают из орбит, кожа пульсирует.
Соски ноют и твердеют под моей рубашкой. Мои бедра скользкие и дрожат от ужасного, мятежного желания.
Я набрасываюсь на него, но он быстро хватает меня за запястья и заламывает их над головой. Одна рука удерживает их там, другая остается обернутой вокруг моей мягкой, вздымающейся шеи, когда он нависает прямо надо мной. Эти глаза пронзают меня, разрезают меня, проникают под мою одежду и барьеры, пока он не может видеть не только мою наготу, но и темные, грязные секреты в моей душе.
Он может видеть, что это возбуждает меня.
Время останавливается. Наш пульс стучит вместе — его пальцы на моей шее, когда момент затягивается.
— Ты называешь это бегством?
Мои губы изгибаются, глаза сужаются от насмешливой интонации в его голосе.
— Иди...
— Я даже не вспотел. Как будто ты хотела, чтобы тебя поймали...
Я понятия не имею, как это происходит. Но одну секунду я прижата к дереву с его рукой, крепко держащей мои запястья и шею. А в следующую я кружусь и выворачиваюсь из его хватки. Я кружусь, толкаю его грудь назад, и затем внезапно моя рука с силой шлепает его по лицу.
Всё замирает. Всё холодеет, когда мое сердце падает вместе с челюстью. Мое лицо бледнеет, глаза расширяются.
О Боже, что я только что...
Он надвигается на меня, как сила природы. Его рука сжимает мою шею, толкая меня назад, пока я не оказываюсь прижатой к дереву. Его глаза вспыхивают ледяным голубым огнем, когда он нависает надо мной.
А затем внезапно, и все же неизбежно, его рот врезается в мой.
Без предупреждения. Без пощады.
И без сомнения это, самый горячий, самый электризующий момент в моей жизни.
Глава 10
ТАТЬЯНА
Молния взрывается в каждой части моей психики — электризуя и обжигая меня. Его губы прижимаются к моим, его язык требует входа, как и раньше.
И, как и раньше, я позволяю ему взять всё.
Я киплю, когда его язык танцует с моим. Его огромное, каменно-твердое тело грубо прижимает меня к дереву, и когда я чувствую, как его бедро раздвигает мои, я нетерпеливо скулю в поцелуй.
Мои ноги раздвигаются.
Огонь пожирает меня, когда я цепляюсь за него, плывя по волне расплавленного желания, пока он целует меня так сильно, что остаются синяки. Его бедро трется о мой центр, скользя по моей киске сквозь мешковатые, мягкие спортивные штаны.
Мой пульс улетает на околоземную орбиту. Все мое тело пульсирует жаром. Мои ноги дрожат, когда я голодно и бесстыдно стону в его губы.
Кристоф рычит в меня, нажимая сильнее, тверже. Его руки скользят к моей талии, приподнимая футболку достаточно, чтобы палец провел по голому бедру. Мои глаза закатываются, дыхание становится прерывистым, когда один большой палец очерчивает пояс спортивных штанов спереди, прямо под моим пупком.
Палец скользит под резинку.
Я задыхаюсь в его поцелуй, хватая ртом воздух, чувствуя себя парящей. Или, возможно, тонущей. Он поворачивает руку, засовывая ее глубоко под штаны и позволяя пальцам скользить вниз по мягкой коже моего живота... вниз, вниз, вниз...
Он голодно рычит в мои губы, когда его пальцы находят мой лобок. Мое тело напрягается и извивается, а затем внезапно я словно полностью таю.
Его палец только что провел по моему клитору.
Весь мой мир обмякает, когда шелковистое удовольствие овладевает мной. Я стону в его губы, цепляясь за его предплечье — мои мышцы, кажется, сбиты с толку, должны ли они оттолкнуть его руку или притянуть ближе.
Второе побеждает, даже если я не думаю, что есть хоть какой-то шанс, что я могла бы оттолкнуть его от себя сейчас, даже если бы захотела.
А я не хочу.
Его толстый средний палец погружается между моими губами, раздвигая меня, когда я вскрикиваю. Мой клитор трется о его палец, когда кончик изгибается и проникает в мое отверстие.
И я насквозь мокрая.
Он стонет, отрывая губы от моих и зарываясь лицом в мою шею. Я скулю, вздрагивая, когда его зубы царапают мягкость моей мочки уха.