— Оттянись назад, — хрипло рычит он, глубоко втираясь. — Я хочу, чтобы ты откинулась назад и раздвинула для меня эти хорошенькие дырочки.
Охренеть. Просто. Пиздец.
Я даже никогда не фантазировала, чтобы кто-то говорил со мной так. Я никогда не смотрела никакое грубое порно доминирования-подчинения.
Но то, как он говорит со мной этим грязным, порочным, извращённым способом, заставляет моё тело содрогаться и жаждать взорваться. Я вся мокрая вокруг него и едва могу осознать, насколько это, блядь, горячо.
— Блядь сейчас, принцесса, — хрипит он мрачно, с размаху опуская ладонь на мою задницу.
Я взвизгиваю, поскуливая от удовольствия и нетерпеливо кивая без слов. Я оттягиваюсь назад, пыхтя в ковёр, когда хватаю свою задницу и делаю, как он велит. Я открываюсь, непристойность этого вызывает жар на моём лице и пульсацию в моём нутре.
— Хорошая девочка.
Его член входит глубже, заставляя мои глаза закатиться, когда ноющая пульсация внутри меня усиливается. Его бёдра с силой ударяются о мою задницу, его рука тянет мои волосы. Он наклоняется надо мной, входя жёстко, в то время как его другая рука обхватывает моё горло.
Боже милостивый, да.
Стены рушатся. Мир взрывается. Его большой, прекрасный член врезается в меня, попадая в каждое единственное правильное место. Его толщина наполняет меня до предела с каждым толчком, вынуждая меня двигаться вперёд, так что мои соски трутся о ковёр.
Это его чистая сила. Доминирование, которое он имеет надо мной. Подчинение, которое я добровольно, с готовностью отдаю.
То, как он требует, чтобы я просто отпустила.
И я отпускаю.
Я не осознаю звук, который вибрирует в моих ушах, как мой собственный кричащий оргазм, пока он не затягивает меня в глубины. Мои пальцы впиваются в мою задницу, моё лицо прижимается к ковру, когда моё тело конвульсивно сжимается. Оргазм пронзает меня, вырывая и высасывая воздух из моих лёгких.
Я чувствую, как он стонет, когда выходит из меня. Я задыхаюсь, когда чувствую горячие брызги его спермы, разлетающиеся по моей заднице и киске, стекающие по моим половым губам, прежде чем он прижимает свою головку и снова входит.
Его рука скользит с моего горла. Он погружается в меня ещё раз, прежде чем снова вытаскивает. Я дрожу на полу — не потому, что мне больно, хотя все чертовски ноет. А потому что я едва могу дышать или думать.
Он просто вытрахал из меня все чувства.
Я смутно осознаю, как он поднимает меня и прижимает к себе. Он поднимает меня, и я бормочу, прижимаясь к нему, когда он заботливо берёт меня на руки. Его рот опускается, целуя меня медленно и глубоко, позволяя мне выдохнуть маниакальность нашей порочной ролевой игры.
Он поворачивается, осторожно неся меня через тёмный дом, поднимаясь по лестнице, пока мы не добираемся до моей комнаты. Он направляется прямо в ванную и садится на край ванны, держа меня на руках.
Я напрягаюсь.
— Я-я не принимаю ванны…
— Доверься мне.
Я глотаю, цепляясь за него, пока ванна наполняется горячей водой и пеной. И он просто держит меня.
Объятия собственнические и в то же время мягкие.
Он выключает воду и затем шагает внутрь, всё ещё бережно держа меня. Я вздрагиваю от горячей воды, касающейся моего ноющего, чувствительного естества. Но медленно боль исчезает. Медленно я опускаюсь на него, прижимаясь лицом к его твёрдой груди, пока его руки и горячая вода окружают меня.
Нет никакой злобной силы. Нет тёмной тяжести. Я не тону — по крайней мере, не так, как раньше.
На этот раз я просто тону в нём.
Глава 20
КРИСТОФ
— Такого рода вещи требуют времени, Кристоф.
Мои глаза сужаются. Меня и раньше водили за нос. Частные клиенты в те дни, когда я был чудовищем, например. Клиенты, которые по какой-то ошеломляющей причине думали, что будет нормально, если они просто не заплатят самому демону, которого наняли уничтожить их врагов.
И это попахивает фигнёй.
— У тебя были недели, Яна, — шиплю я, в мой голос проскальзывает опасная нотка. — У тебя есть доказательства. Дай мне мою грёбаную информацию.
Она тяжело вздыхает, небрежно. Это не глупость заставляет её игнорировать предупреждающий оттенок моего тона — она не идиотка. Что означает, что это высокомерие, которое столь же опасно.
— Кристоф, я говорила тебе, я работаю над этим. Скоро у тебя будет местонахождение останков Никиты, я обещаю.