Мать твою.
Это не мой пульс. Это, блядь, настоящий вертолёт, зависший над ровной травяной площадкой, предназначенной для посадки с одной стороны дома.
И я знаю, что никого сюда не приглашал.
Я отстраняюсь от неё, поднимая взгляд, и наши глаза встречаются. Страх охватывает её, лицо бледнеет.
— Кто...
— Я не знаю.
Я вскакиваю на ноги, наклоняюсь, чтобы поднять и её. Я стону, когда моя рука запутывается в её волосах, притягивая её ближе и прижимаясь губами к её губам.
— Но я собираюсь выяснить. Пока я этим занимаюсь, однако...
— Наверх? — пищит она.
Я мрачно киваю.
— Сюда.
Я заталкиваю добытую одежду обратно в пакет для покупок и хватаю её за руку. Мы мчимся через дом, вверх по лестнице, по коридору, а затем по лестнице в мои апартаменты.
Она никогда здесь не была.
Я трачу одну секунду, чтобы оценить, как расширяются её глаза, когда она впитывает огромную главную спальню. Затем я тяну её в свою гардеробную. В дальнем конце я открываю ящик, полный часов, достаю Cartier и ввожу код на клавиатуре под ним. Задняя стена отъезжает в сторону, открывая удобную и хорошо укомплектованную комнату безопасности.
Татьяна вздрагивает.
— Я...
— Я разберусь с этим, — холодно бурчу я.
Развернувшись, я открываю другой ящик и достаю Glock, проверяю его, прежде чем протянуть ей.
— Если кто-то попытается войти сюда, и это буду не я — убей их.
Наши глаза встречаются. Я вижу страх в её глазах, но за ним — решимость, которую я люблю видеть в этих зеленовато-карих, с золотыми крапинками глазах.
Я вижу огонь и стальной стержень.
Мой рот жёстко врезается в её. Затем я завожу её в комнату безопасности, выхожу и закрываю дверь.
Затем я хватаю пистолет, сжимаю челюсть и разворачиваюсь, чтобы пойти посмотреть, кто, чёрт возьми, только что вторгся в моё убежище.
Глава 23
КРИСТОФ
— Я мог тебя, блядь, убить, Принц.
Оливер усмехается, пожимая плечами, когда мы заходим через парадную дверь обратно в дом.
— Я думал, сделаю тебе сюрприз.
Миссия выполнена. Господи.
— Тебе следовало позвонить.
— Это был бы уже не сюрприз, не так ли?
Я закатываю глаза, когда мы проходим через дом в мой кабинет. Десять минут назад я лениво водил языком по сладкой маленькой киске Татьяны. А сейчас прошла минута с тех пор, как я чуть не снёс голову своему другу, когда он решил посадить свой вертолёт на моём острове и выпрыгнуть из него, как грёбаный идиот.
Оливер — не угроза, очевидно. Но даже он не может знать, что она здесь. Слишком много волн может разойтись от этого. Слишком много людей, которые слишком сильно хотят узнать, что Татьяна жива.
Дело не в том, что я не рад видеть своего старого друга. Но сейчас далеко не идеальное время для визита.
В своём кабинете я поворачиваюсь и опираюсь на стол, глядя на него.
— Как ты узнал, что я здесь?
Оливер вздыхает, запуская руку в свои стильные светлые волосы. Как бы я ни был сейчас раздражён на него, я делаю мысленную пометку позже выяснить, где он взял свой безупречный тёмно-синий костюм.
— Ты не вспомнил, да?
Я хмурюсь.
— Что именно?
— Дату, Кристоф.
Моё лицо хмурится сильнее, я думаю. И тут меня осеняет, и я морщусь, понимая, что действительно забыл.
Сегодня пятая годовщина смерти нашего хорошего друга Томаса — лидера Лордс- колледжа, королей и злодеев.
— Блядь.
— Налить, или ты сам?
Я киваю, разворачиваясь, и, не отвечая, подхожу к бару. Я наливаю нам по тяжёлому стакану скотча — любимого бренда Томаса, который я всё ещё держу в доме спустя все эти годы. Оливер берёт свой стакан из моей руки, и мы торжественно чокаемся.
— За Томаса, — тихо бурчит он. — Лучшего из нас.
— Не спорю.
Мы пьём молча, но быстро. Когда стаканы пустеют, я наливаю нам ещё по одной, прежде чем мы отходим обратно к диванам и садимся напротив друг друга.
— Наконец-то получил лицензию пилота, я вижу.
— Мне надоело, что те, кого я нанимал, летают так медленно.
Я усмехаюсь, качая головой.
— Не захотел поднять бокал за Томаса в Лондоне с Ноэлем?
Лицо Оливера мрачнеет. Я знаю, что задел нерв, но он выдержит. Когда мы все были моложе, в Лордс- колледжа, я всегда выступал барьером между этими двумя вечными соперниками.
Не стану отрицать, что мне отчасти нравится подливать масла в огонь, когда я с одним из них.
— Очень смешно, — бурчит Оливер. — И нет, Кристоф. У меня нет ни малейшего желания когда-либо чокаться с этим засранцем.