Это почти до смеха риторический вопрос. Жена Юрия Волкова, Ривер Финн, была и до сих пор остаётся одной из самых потрясающих и известных моделей в мире.
Но Кристоф лишь непринуждённо улыбается, беря её за руку.
— Конечно. Рад снова видеть тебя, Ривер.
Глубокие синие глаза Юрия переключаются на меня, и я напрягаюсь, когда они хмурятся с проблеском узнавания. Или, возможно, я просто выдумываю это, потому что внезапно немного паникую.
— А твоя спутница...
Возьми себя в руки.
— Серена, — выпаливаю я. Делаю вдох, собираясь с мыслями и позволяя страху растаять во мне. — Серена Кингсли.
Юрий крепко берёт меня за руку, медленно пожимая, в то время как его глаза вопросительно впиваются в меня.
— Вот как, — наконец говорит он с лёгкой улыбкой. — Конечно. Что ж, приятно познакомиться, мисс Кингсли.
— Ривер, приятно познакомиться, — его жена непринуждённо говорит, усмехаясь и пожимая мою руку. Она всемирно известна своей внешностью. Но также ходят слухи, что она чрезвычайно приземлённая и искренне милая, свободная личность. И за десять секунд с момента нашей встречи я почти уверена, что эти слухи правдивы.
— Привет, Серена.
— Я, кстати, обожаю твоё платье, — искренне восторгается она, её глаза скользят вниз по моему красно-чёрному платью.
— О, спасибо!
Кристоф прочищает горло.
— Как дела, Юрий?
Старший мужчина пожимает плечами.
— О, нормально. Бизнес стабильный, и драмы мало в эти дни, что всегда плюс. Как там Борис в наши дни?
— Он остаётся... Борисом, — говорит Кристоф очень дипломатичным тоном.
Юрий усмехается.
— Однажды ты примешь моё предложение и придёшь работать ко мне.
Кристоф улыбается, но качает головой.
— Меня и там все устраивает, но спасибо, как всегда.
— Эх, я знаю, что ты не уйдёшь от Миши.
Я приподнимаю бровь, когда Кристоф поворачивается ко мне.
— Сын моего босса, — объясняет он.
— Который говорит об этом человеке так, будто он его любимый дядя или старший брат, — добавляет Юрий.
— Кстати о Мише...
Рука Кристофа лениво обводит мою талию, дразня мою кожу сквозь лёгкий шёлк, когда он поворачивается обратно к Юрию.
— Я слышал, дом, который вы устроили для мальчиков в Академии Оксфорд-Хиллз, весьма впечатляет.
Ривер закатывает глаза.
— Это нелепо. Они и так будут выделяться в этом месте как наследники Братвы среди чопорных типов со старыми деньгами. А ты ещё и воздвиг их на пьедестал в этом непомерном особняке в кампусе.
Юрий усмехается, пожимая плечами.
— Они бы всё равно выделялись. Так что я решил, чтобы они выделялись с самым большим и крутым жильём в кампусе.
Кристоф усмехается.
— Ладно, это справедливый довод.
Ривер вздыхает, поворачиваясь ко мне и снова закатывая глаза.
— Клянусь, всё с такими мужчинами, как они, — это соревнование, кто больше.
Юрий драматично вздыхает, потянувшись к своему ремню.
— Что ж, если ты настаиваешь, дорогая...
— О веди себя прилично! — Она хихикает, шлёпая его по руке, прежде чем он притягивает её к себе и нежно целует.
— Нам нужно обойти зал, — бурчит Юрий, отстраняясь от жены.
— Нам тоже, на самом деле. Однако, рад был повидать вас обоих.
— Взаимно, и приятно познакомиться... Серена, — добавляет Юрий с затянувшимся взглядом, пробегающим по мне.
— Вы останавливаетесь в Вене сегодня вечером? — Ривер поворачивается ко мне, улыбаясь. — Мы могли бы все пойти выпить или что-то вроде того после этого усыпляющего мероприятия.
— О, я...
— К сожалению, мне нужно вернуть ее в Англию, пока она не превратилась в тыкву.
Ривер улыбается мне.
— Что ж, тогда в другой раз?
— Я была бы рада.
Она быстро обнимает меня, пока Юрий и Кристоф пожимают друг другу руки. Затем они исчезают в толпе, и мы тоже.
— Пока я не превратилась в тыкву, да?
— Не хотелось бы, чтобы ты обронила хрустальную туфельку.
Я усмехаюсь, когда его рука возвращается на мою поясницу. Мы блуждаем по гала-вечеру, время от времени останавливаясь, чтобы он с кем-то поздоровался или поговорил минутку, прежде чем мы снова отправляемся дальше. Пока внезапно перед нами не возникает фигура.
— Я знала, что это ты, Крис.
Её голос мурлычет, как шёлк, с идеальных, изысканно очерченных губ. Она высокая, стройная, очень светловолосая, примерно моего возраста, и даже с маской на лице абсолютно потрясающе красива.