— Отпад! — спустя пару минут выдавила из себя я и, собравшись с силами, добавила: — Может… поскромнее что? Или это бал ночных бабочек?
— Не знаю насчет бабочек, но бал будет ночью, ты угадала, — склонившись к моему уху, шепнул король и, нежно коснувшись кончиками пальцев обнаженного плеча, мягко, но настойчиво толкнул меня в зеркало.
Из горла вырвался испуганный писк, я зажмурилась, но так и не получила стеклом по лбу, просто сделала один вынужденный шаг в… куда? Распахнувшиеся, было, глаза захлопнулись снова. Бррр… жуть-то какая! Ночью бал, да? В мини-платье с вырезом до пупка?
— Ну и сссскотина ты, Твое Величество! — в сердцах зашипела я и тут же вся сжалась от переливов эха.
— Грубиянка, — насмешливым голосом Короля ответила мне ночь и подмигнула серебряным оком полной луны.
— Всего один чассс… — зашептал стелящийся по земле туман. — Не смей выходить за ограду — пропадешшшь.
— Не сссмей покидать бал — погибнешшшь, — в тон ему шелестела темная листва каких-то угловатых деревьев.
— Веселись, дитя! Это бал Смерррти, — каркнул черный ворон с ближайшей ветки и громко заклокотал… или захохотал?
— Ты гостья, гостья, гостья… — неслось отовсюду, а я вертела головой, обнимая плечи руками, и не знала, куда спрятаться. Ну не в тот же мрачного вида склеп лезть, правда?
Эх, лучше бы я снова отправилась к каменному дракону (он хоть собеседник интересный). Или под бок к зельда… тьфу, к гусеницам, короче. Нет? Нельзя? Ну, тогда хотя бы косячок забить дайте, а?! Для смелости: с детства боюсь кладбищ. Особенно таких старых и зловещих, как это. Ощущая босыми ступнями шероховатую поверхность мощеной дорожки, я продолжала стоять на месте, судорожно соображая, как лучше поступить? На туфли синеволосый «фей» почему-то не расщедрился (даже на хрустальные), да и последний тапок куда-то пропал… хотя зачем мне тапок? От кладбищенских «кавалеров» отбиваться, что ли? Вот была бы я готессой, а не программистом с обычной для этой профессии виртуальной зависимостью — пищала б от восторга, очутившись на балу в таком экзотическом месте. Но я не гот, а пищать один черт хочется… даже не пищать, а поскуливать, как щенок, которого привязали к дереву в лесу, полном волков. Страшшшно… так страшно, что челюсти сводит, и тело заметно лихорадит. Не от холода (ветер здесь на удивление теплый и ласковый) — от окружающей обстановки и моего буйного воображения, активно подкидывающего вариации на тему грядущего. Гадкий Синий Дьявол, который здесь за Повелителя… неужели сложно было просто предупредить?! Или тогда не так интересно стало б наблюдать за моей реакцией на очередное испытание? Мерзкий тип! Я что-то говорила про его обаяние? Бред, бред… бред ослепленного выкуренной травкой рассудка. Король Отражений — идеальный отрицательный персонаж, ни больше, ни меньше!
Пока я поминала недобрым словом хозяина Игры, стоя соляной скульптурой в окружении массивных крестов и могильных плит, туман, стелящийся понизу, немного рассеялся. А в шум природной стихии начали вплетаться тихие звуки чарующей мелодии. И все вокруг словно ожило (отличное определение для захоронения мертвецов, не так ли?): темные силуэты деревьев озарились серебряным светом, потрескавшиеся от времени тропинки с пучками пробивающейся сквозь щели травы чуть нагрелись и стали слегка фосфоресцировать в темноте. Кресты и памятники приобрели голубоватые очертания, в той же гамме окрасился и медленно клубящийся по земле туман. Площадка для праздника преображалась на глазах, да и первые приглашенные начали подтягиваться. Стайка летучих мышей, парочка красноглазых птиц, да изящная кошачья фигура, мелькнувшая на крыше соседнего склепа. Всматриваясь в очертания животных, я краем глаза уловила странное движение слева. Резко повернула голову и судорожно сглотнула, уставившись на пробивающуюся сквозь землю руку. К ней уже присоединилась и вторая, затем над могилой появилось темечко округлой черепушки, а мне все никак было не выйти из состояния оцепенения, которое навалилось тяжелым грузом, мешая не то, что шевелиться, но и дышать нормально.
Увесистый хлопок по месту, что ниже талии — и я снова обрела способность двигаться. А еще скакать на месте и взвизгивать так, что у самой уши заложило. Резкий поворот на сто восемьдесят градусов — шальной удар сердца — короткий писк сродни мышиному (когда той хвост в мышеловке прищемили) и… забег по пересеченной местности на время и скорость. Что мне там говорили? Нельзя покидать территорию кладбища? А лапать мою пятую точку «конструктору из костей» во фраке и бабочке можно?! Да от одного его оскала из десятка гнилых зубов и игривого огонька в темных глазницах меня, помимо воли, с места ветром сдуло и понесло-понесло… в направлении «куда глаза глядят», лишь бы подальше от незаметно подкравшегося скелета. Только бы добраться до ограды, отыскать ворота и… будь, что будет!