Но их было слишком много!
Мертвецы прибывали с кладбища, где уже много лет хоронили жителей Кэррадуна — полчища кровожадной нежити подняли из могил мощными чарами. А в озере Импреск из — под толщ тёмных вод выплывали тысячи мёртвых рыб. Они топили лодки, стоящие у берега, и уничтожали всё живое на своём пути.
Фетчигрол наблюдал, стоя на воде. В его мёртвых глазах горел огонь. Эти глаза всякий раз сверкали удовлетворением, когда крики ужаса раздавались над городом.
Он чувствовал, как тонут вместе со своими матросами многие корабли.
***— Я в порядке, — твердил Рори, пытаясь оттянуть ногу от Пайкела.
Но дварф твёрдо схватил его одной рукой, хваткой, способной остановить лошадь, и взял под руку неуступчивого юношу.
Они вернулись в таверну, где им бы никто не помешал. Хотя казалось, что должно быть совсем наоборот.
Оторвав полоску ткани, Пайкел стал окунать её в свой котёл — шлем, куда он налил свежий отвар из трав, с которыми никогда не расставался.
— Мы не можем здесь больше оставаться, — сказал Тэмберли, подходя к двери. — Они близко.
Друид стал быстрее перевязывать голень Рори, не обращая внимания на его просьбы. Культёй он держал один конец повязки, а здоровой рукой завязывал узлы.
— Слишком туго, — пожаловался Рори.
— Шшш, — ругался Пайкел.
Пайкел схватил шлем и напялил на голову, проигнорировав содержимое, которое растеклось по волосам, зелёной бороде и одежде. Если дварфа что и забеспокоило, то он этого не показал, только лизнул ручеёк, тёкший по лицу. Он выпрямился, сунув дубинку под обрубок, и поставил Рори перед собой.
Молодой человек попробовал было идти быстро, но чуть не упал с первых же шагов. Рана была глубже, чем надеялся Рори.
Пайкел удержал его, после чего они быстро пошли за Тэмберли. Ханалейса ждала снаружи, качая головой.
— Их слишком много, — мрачно пояснила она. — Невозможно победить бесконечные полчища мертвяков, лежащих в земле, лучше отступить.
— К докам? — спросил Тэмберли, глядя на поток жителей, бегущих в этом направлении, и очевидно не обрадованный такой перспективой. — Вернёмся к воде?
Ханалейса поморщилась, но у них не было выбора. Они побежали вместе с горожанами.
На полпути к докам они обнаружили нечто вроде обороны и нетерпеливо подошли к позициям. Пайкел подбородком показал Рори на большие постройки, нависшие над пристанью. Это была крепость, где капитаны организовали защиту.
— За отца и мать, — сказала Ханалейса Тэмберли. — Не посрамим их имена.
Тэмберли улыбнулся ей, испытывая те же чувства.
Они использовали свой шанс и помчались по улице за последними группами жителей города, стараясь перехватить как можно больше монстров. Ханалейса и Тэмберли бесстрашно бросились на нежить, круша и полосуя её, нанося мертвякам большие потери. Их атака стала ещё более действенной, когда к ним присоединился Пайкел с его дубинкой, сокрушавшей любую нежить, отважившуюся приблизиться к нему.
Но несмотря на объединённые усилия, троица хоть и медленно, но отступала, пропуская некоторых мертвецов. На каждого убитого зомби или скелета вставало трое других. И когда мимо проходили живые люди, мертвяки бросались в толпу.
И те несчастные, кто падал замертво, потом вставали и сражались на другой стороне. Люди в панике и с отвращением отступали от восставших друзей и родственников.
Они нашли поддержку около укреплений, где у них не было выбора, кроме как сражаться. Но, в конечном счёте, даже эта оборона стала разваливаться.
Ханалейса посмотрела на брата: печаль и отчаяние были в её прекрасных карих глазах. Они не могли отступать к воде, а стены недолго будут удерживать полчища. Она, как и он, были в страхе.
— Мы должны найти Рори, — сказал Тэмберли дяде дварфу.
— А? — переспросил Пайкел.
Он не понимал, зачем нужно было искать брата, если они всё равно умрут.
Глава шестая
Об этом Бруенор Боевой Молот хотел узнать только в последнюю очередь.
— Обальд рассержен, — объяснял гном Нанфудл. — Он считает, что это мы стали причиной странных магических безумств и молчания его бога.
— Да, эта тупая башка всегда во всём винит нас, — проворчал в ответ Бруенор. Он посмотрел на дверь, ведущую в ущелье Гарумна и к выходу из Восточного Зала, надеясь увидеть Дриззта. С наступлением утра ничего не изменилось для Кэтти-бри и Реджиса. Хафлинг находился в состоянии крайнего истощения с тех пор, как постоянно томился в беспокойном страдании.
— Посол Обальд… — начал говорить Нанфудл.
— У меня нет времени на него! — крикнул Бруенор.
Несколько дварфов напротив наблюдали не совсем обычную вспышку эмоций. Среди них был генерал Банак Бронанвил, сидевший на своём кресле. В давней первой битве с появившимися ордами Обальда он потерял возможность контролировать свою нижнюю часть тела.
— Мне некогда! — снова провопил Бруенор, хотя уже немного извиняющимся тоном. — Моя девочка должна идти! И Пузан тоже!
— Я буду сопровождать Дриззта, — предложил Нанфудл.
— Девять Кругов Ада и десятый для удачи ты будешь! — проревел на него Бруенор. — Я не брошу свою девочку!
— Но ты — король! — крикнул один из дварфов.
— И весь мир сходит с ума, — прибавил Нанфудл.
Бруенор был на грани.
— Нет, — сказал он окончательно, поклонившись гному, ставшему одним из самых доверенных и надёжных советников, и прошёл через комнату к Банаку.
— Нет, — повторил Бруенор. — Я сейчас не могу быть вашим королём.
У нескольких дварфов перехватило дыхание, но Банак Бронанвил торжественно кивнул, принимая на себя ответственность, которую ожидал.
— Прежде ты уже руководил этим местом, — сказал Бруенор. — И я знаю, что ты можешь сделать это снова. Прошло много времени с тех пор, как я был в дороге.
— Ты защищаешь свою девочку, — ответил старый генерал.
— Не могу оставить тебе Пузана, чтобы он помогал тебе в этот раз, — Бруенор продолжал:
— Но этот малый достаточно смышлёный, — король оглянулся посмотреть на Нанфудла, который не мог не улыбнуться неожиданному комплименту и проявленному Бруенором доверию.
— У нас много хороших парней, — согласился Банак.
— Только не начинайте очередную войну с Обальдом, — инструктировал Бруенор. — По крайней мере, без меня, уж я — то ему покажу!
— Никогда.
Бруенор похлопал друга по плечу и повернулся, чтобы уйти. Большей частью он осознавал, что обязан нести ответственность, которую ему поручил клан Боевых Молотов, особенно в это смутное время. Но ещё большая часть его отрицала это. Несомненно, он был королём Мифрил Халла, но также он был отцом Кэтти-бри и другом Реджиса. Казалось, мало что имело значение в эти тяжёлые времена.
Он нашёл Дриззта в ущелье Гарумна в компании с самым вонючим и грязным дварфом, которого когда — либо видел.
— Готовы выйти, мой король! — торжественно приветствовал его Тибблдорф Пвент.
Бруенор посмотрел на дроу, который только закрыл глаза.
— Готовы? — спросил Бруенор. — Даже оставить назревающую здесь войну?
В глазах Пвента промелькнула искорка надежды на возможность участия в битве, однако он решительно покачал головой:
— Моё место — с моим королём!
— Бронанвил останется руководить Мифрил Халлом на то время, пока меня не будет.
Сложно было не заметить возникшее смятение дварфа.
— С моим королём Бруенором! — дополнил Пвент. — Если ты отправляешься в путь, Пвент со своими ребятами тоже отправляется в путь!
После этого восклицания зазвучали возгласы одобрения и распахнулось несколько соседних дверей. Знаменитый отряд Весёлых Мясников появился в широком коридоре.