Даника тоже помчалась туда, перепрыгивая сразу через две ступеньки. Она оставила Кэддерли на дольше, чем рассчитывала, хотя верила в него — как могла она не верить? Она видела его перед лицом опасности, в битве с драконом и вампиром, и когда он истощал себя, создавая этот храм. Но она знала, что он один, там наверху, на четвертом этаже. Один на один с более чем двумя дюжинами окон, которые находятся в том крыле здания.
***Он вскрикнул в ужасе и попробовал увернуться от удара, но недостаточно быстро, чтобы избежать длинных когтистых лап. Кэддерли не переживал, что случайно нажал на крючок арбалета. Болт не был установлен идеально, но сам арбалет был повернут в правильном направлении. Стрела со всей силой влетела в тело монстра и взорвалась, откидывая чудовище назад. Оно врезалось в стену и, дергаясь, попробовало закрыть жуткую рану лапами.
Кэддерли услышал крик, но не мог понять — была это боль, поражение или победа. Низко нагнувшись, он выбежал из комнаты. Кровь стекала у него по щеке и капала на пол. Удар не зацепил его глаз, но рана уже опухла и он мало что мог видеть — только какое — то мельтешение и яркие вспышки света
Ошеломленный и дезориентированный, он услышал, как другие твари ползут из других комнат. Зарядить! Быстрее зарядить! Его мысли волчком крутились в голове. Он только начал заряжать оружие, как понял, что времени у него больше нет.
Тогда закрыв глаза, он снова обратился к Денеиру.
Все что он увидел, — были образы, изображенные на Плетении.
Его замешательство закончилось, как только первая из тварей вползла в комнату. В сознании жреца увиденные образы тут же сложились в одно целое, и с губ сорвалось заклинание.
Божественная энергия блестящим щитом окутала его буквально за миг перед тем, как чудовище накинулось на него. И хотя Кэддерли инстинктивно подался назад, когтистые лапы ничего не смогли поделать. Они не могли проникнуть сквозь тот барьер, что он так неожиданно создал вокруг себя.
Другое заклинание уже крутилось у него в голове. Бросив арбалет в кобуру на поясе, он произнес его формулу и высоко поднял руки вверх. Жрец ощутил, как божественная, прекрасная и мощная энергия бурлит в его теле, наполняя его словно пустой сосуд. Кэддерли почувствовал покалывание в руках, а потом во всем теле. Ощущение силы опустилось по ногам вниз — и энергия желто — красной яркой паутиной молний разлилась по полу во все стороны от него.
Существо ударило Кэддерли, но тут же заорало от боли. Жрец начал небольшими шагами отступать, перемещая круг энергии вместе с собой. Слишком глупое, чтобы осознать свою ошибку, чудовище последовало за своей жертвой и снова начало визжать и кричать, так как его нижняя часть тела просто сгорела в паутине яркой энергии.
Не сделав никакого вывода из смерти их сородича, другие твари тоже начали атаковать, но точно так же кричали от боли и сгорали. Магический круг последовал за Кэддерли и тогда, когда он направился к лестнице. Там жрец увидел Данику, которая просто застыла от удивления и таращила на него глаза. Первая тварь сдохла. Потом упала вторая и третья, уничтоженные силой Денеира, силой неизвестного двеомера, который вызвал Кэддерли. Он махнул рукой Данике, чтобы та уходила, но она наоборот присоединилась к мужу. Оказавшись возле него, она тоже начала светиться.
— Как ты это сделал? — спросила она жреца.
— Не имею представления, — ответил Кэддерли. Он не собирался стоять здесь и испытывать судьбу.
— Давай очистим дверь, — сказала Даника, и вместе они двинулись вниз по коридору. Она не переставала раздавать удары ногами и руками и очень быстро прикончила еще двух тварей, которые имели неосторожность попасть в круг божественной энергии.
Один монстр пытался пробраться в боковую комнату, и Даника повернула к нему. Но Кэддерли нацелил на него руку и прокричал еще одно заклинание. Ослепительный луч божественного света сорвался с его пальцев и ударил в монстра, который с криками отлетел к дверному косяку, буквально за миг перед тем, как Даника приблизилась к нему. Ползучая тварь выжила после вспышки, но женщина тут же несколькими точными и мощными ударами исправила это.
До того, как пятеро окровавленных и усталых жрецов поднялись на четвертый этаж, чтобы помочь семейной паре, это крыло здания уже было очищено от врагов. Паутина лучистой энергии все еще светилась вокруг Кэддерли, и он увидел, что с помощью этой магии его раны очень быстро затянулись.
Остальные жрецы смотрели на него недоуменно и заинтересовано, но он не знал, что ответить им. Он ведь просто обратился к Денеиру. И его бог не оставил его в беде, ответив такими вот заклинаниями.
Но сидеть и раздумывать ни у кого времени не было. храм Парящего Духа был огромнейшим зданием, с множеством окон, боковых дверей, коридоров, ниш и проходов.
Битва продолжалась всю ночь, до самого рассвета, пока ни одной твари больше не стало видно в окнах. Но усталые и раненные защитники бились еще и все утро, с небольшими потерями старательно очищая территорию храма от остатков врагов.
Даника и Кэддерли знали, что ох как много комнат надо бы обойти и посмотреть, не спрятался ли в них кто из чудищ, но они были слишком измучены, чтобы думать об этом сейчас. Самым первым делом было укрепить окна досками, перевязать раненых и организовать патрульные группы, чтобы быть готовыми к ночи и возможной атаке.
— Где Айвен? — спросила Даника мужа, когда выдалась свободная минутка.
— Я думал, что он пошел в Кэррадун.
— Нет, только не Пайкел с Рори и…., — слова застряли в горле. Трое их детей пошли в Кэррадун, через горный лес, из которого и появились эти безногие твари с мощными руками.
— Кэддерли? — прошептала она дрожащим голосом. Ему самому пришлось глубоко вздохнуть, чтобы не поддаться панике.
— Мы должны идти за ними, — сказал он. Но Даника покачала головой.
— Ты должен остаться здесь. Ты не можешь…. Одна я буду двигаться быстрее.
— Мы даже не знаем, что на нас напало и с какой силой мы имеем дело.
— И кто лучше меня может это выяснить? — спросила его жена и доверчиво улыбнулась.
Едва заметная улыбка веры.
Глава тринадцатая
На её лице была знакомая улыбка — улыбка, которая так хорошо сочеталась с её голубыми глазами, от которых сейчас были видны только белки. Она парила в воздухе.
— Ты имеешь в виду убить его? — спросила она, будто перед ней кто — то стоял. Как стоило ей, глаза снова стали нормальными.
— Интересно, — заметил Джарлаксл, когда плечи Кэтти-бри распрямились, словно она села в кресло.
— Если ты хочешь убить Энтрери, чтобы спасти Реджиса и не позволить ему больше причинить кому — нибудь вред, то моё сердце радуется, — сказала женщина, пристально вглядываясь в собеседника. — Но если ты таким образом хочешь утвердить себя, оно обливается кровью.
— Калимпорт, — прошептал Дриззт, ясно воспоминая ту самую сцену.
— Что это… — начал было Бруенор, но Кэтти-бри продолжила, перебив его.
— Конечно, мир несправедлив. Но ты гонишься за этим убийцей из — за своей ярости? Ты думаешь, убийство Энтрери излечит мир? Посмотри в зеркало без маски, Дриззт До’Урден. Смерть Артемиса Энтрери не изменит цвет его кожи — так же, как цвет твоей.
— Эльф? — спросил Бруенор, но Дриззт не слушал его.
Вся тяжесть того давнего случайного разговора с Кэтти-бри сейчас давила на него. Он снова был там, в тот миг, в той маленькой комнате; мудрость её слов снова окатила его, как холодной водой из ведра. Именно тогда он осознал, что любит Кэтти-бри, но прошли годы прежде, чем он решился открыть свои чувства.