Его охватила такая ярость, что Айвен не чувствуя страха, окровавленными пальцами проломил породу, прокладывая себе путь к свободе. И такая сила сопровождала эту ярость, что он бросал камни далеко за себя, разбрызгивая темные воды. А ведь некоторые из них были вполовину его веса! По — прежнему игнорируя синяки и порезы, он продолжал нагружать мышцы. И позволил гневу полностью овладеть и управлять собой, и стена ярости подавляла иллитида, гоня его прочь.
Дыра теперь стала достаточно широкой и достаточной даже для того, чтобы по ней могли пролезть и два Айвена, ползущих бок о бок, а дварф по — прежнему продолжал раскидывать камни, используя эту почти сверхъестественную силу, которую давала ему ярость.
Он понятия не имел, как долго он продолжал этим заниматься, несколько сердцебиений или несколько тысяч, но под конец истощенный, Айвен Валуноплечий провалился в отверстие и покатился по туннелю. Он упал плашмя и долгое время так и лежал, пытаясь отдышаться.
И несмотря на страх и оскалившиеся зубы, Айвен знал, что он по — настоящему один.
Иллитид был повержен.
Он тут же уснул, в грязи, среди камней, по — прежнему готовый отразить еще одну ментальную атаку и надеющийся, что никакое другое существо из Подземья не найдет и не съест его во тьме.
***Рори упал на пол неподалеку от когтистых лап черной летучей мыши.
— Дядя Пайкел! — кричал он, умоляя друида сделать что — нибудь.
Пайкел поднял вверх свой кулак, но только развел руками и топнул ногой от разочарования, так как не имел ничего, совсем ничего, чем бы мог помочь другим. Магия пропала, и даже его природная любовь к животным исчезла. Он вспоминал, как несколькими днями ранее уговаривал корни деревьев возвести дополнительные баррикады за стенами как временную меру, а ведь именно оттуда, скорее всего, и пришли захватчики. Дварф понимал, что он, возможно, никогда не сможет достичь высокого уровня в магии, но чувство разочарования не тронуло его в этой темной пещере глубоко под Снежными Хлопьями.
— Оооох, — хныкал дварф, все чаще стуча ногой в сандалии по земле. Но его хныканье превратилось в рычание, когда он увидел, как та же летучая мышь, которая повалила Рори на землю, опять приблизилась к нему.
Пайкел обвинил во всем эту летучую мышь. Это было, конечно, бессмысленно, но именно тогда Пайкел направился к ней. Он обвинял эту мышь. Именно эту мышь. Только эту летучую мышь. Так, как будто это из — за неё пропало волшебство и ушел его бог.
Он сел на корточки и поднял свою дубинку. Она больше не была зачарованной, но оставалась по — прежнему крепкой, что и выяснила на себе летучая тварь.
Чёрное кожистое существо напало на Пайкела, и дварф, вращаясь вокруг своей оси, стал прыгать, раздавая самые мощные удары, на которые была способна его рука даже с того дня, когда в его распоряжении были обе руки. Твердая древесина попала по черепу летучей мыши, дробя кость.
Ночное существо с Пайкелом наверху упало с таким грохотом, будто огромный валун с большой высоты, и, кувыркаясь, вдвоем они покатились вперёд.
Пайкел бодался и брыкался. Он колотил и тыкал обрубком руки, тяжело размахивал своей дубинкой и упорно молотя существо.
Неподалеку начал кричать человек, когда еще одно ночное существо напало на него и схватило за плечи огромными когтями, но этого Пайкел уже не слышал. Рядом в ужасе закричала женщина, когда рядом со стеной пролетела еще одна летучая мышь, бросив свою жертву — бедного мужчину — прямо на скалу, от чего с противным звуком затрещали его кости.
Пайкел не слышал и этого. Яростно брыкаясь, он всё ещё размахивал своей дубинкой даже после того, как летучая мышь, развернув огромное крыло, была уже мертва.
— Поднимайся, дядя Пайкел! — закричала ему Ханалейса, проскакивая мимо.
— Хм? — ответил дварф, вылезая из — под одного крыла лицом вперед. После чего проследил взглядом за звуком, чтобы увидеть, как Ханалейса бежит к Рори, который по — прежнему лежал на земле. Стоя над ним, Тэмберли стремительными ударами рубил налево и направо над его головой, упорно пытаясь ранить ночную тварь, которая летала вверх — вниз, словно ему в насмешку. Но он никак не мог ударить слишком проворную летучую мышь.
Но Ханалейса, подпрыгнув высоко в воздух и проскочив мимо Тэмберли, начала выполнять кувырок, чтобы увеличить силу своего удара. Она мощно ударила мышь сбоку, отбрасывая её на несколько футов, и, приземлившись, всё ещё на бегу, закончила кувырок.
Ночное существо, заметив её движение, выровняло в воздухе свой полет и бросилось за девушкой, начав преследование.
Заметив, что тварь отвлеклась, Тэмберли наконец попал по ней мечом, рассекая сзади кожистое крыло. Неудачно перевернувшись в воздухе, она полетела вниз, а Ханалейса с Тэмберли были тут как тут, ещё до того как существо успело вытащить раненое крыло из — под себя.
Девушка отпрыгнула первой, нарушив все правила и пытаясь создать некоторый порядок и организовать оборону. Однако вся пещера погрузилась в безумие из — за летучих мышей, кружащих вокруг раненых мужчин и женщин с огромными порезами на спинах, которые были нанесены огромными изогнутыми когтями тварей, в то время, как люди кричали и падали на землю, пытаясь убежать.
Группа более чем из десятка человек подняла вверх драгоценные факелы, взятые со склада в дальнем конце зала у входа в туннель. Эта группа планировала свой побег и после отдыха ринулась прочь.
Другие в этом хаосе последовали за ней.
Тэмберли сбил еще одну мышь, а Ханалейса помогала ему. Другие летучие твари в погоне за людьми вырвались из пещеры в нижние туннели.
Когда всё закончилось, некоторые беженцы остались с тяжелоранеными людьми.
— Это не удержит их, — сказала Ханалейса своим братьям и дяде, когда они собрались вместе и рядом со скудными припасами и нескольким факелами. — Мы должны найти выход отсюда.
— Ах — ах! — категорически не соглашался Пайкел.
— Тогда посвети посохом! — крикнула ему Ханалейса.
— Оооох, — сказал дварф.
— Хана! — ругался Рори.
Глубоко дыша, старец держал ее за руки, стараясь привести в чувство:
— Извини. Но нам нужно срочно идти дальше.
— Мы не можем здесь больше оставаться, — согласился Тэмберли. — Нам нужно добраться как можно ближе к храму Парящего Духа и покинуть эти туннели.
Он посмотрел на Пайкела, но дварф с неуверенным видом лишь пожал плечами.
— У нас нет выхода, — заверил его Тэмберли.
Нервный возглас заставил всех повернуться, и Рори сказал:
— Разведчик вернулся!
Они все ринулись к рыбаку Алагисту и даже при свете факелов могли видеть, что тот буквально потрясён.
— Мы боялись, что ты мёртв, — сказала Ханалейса. — Когда летучие мыши вернутся в…
— Забудь проклятых мышей, — ответил человек, как раз в тот момент, когда из отдаленного коридора послышался удар, напоминавший звук грома.
— Что это …? — сказали Тэмберли и Рори вместе.
— Шаги, — сказал Алагист.
— Ах — ох, — сказал Пайкел.
— Что с магией? — спросила Ханалейса дварфа.
— Ах — ох, — повторил он.
— Возьмите раненых! — крикнул Тэмберли всем, кто ещё находился в пещере. — Берите всё, что можете унести! Мы должны уйти из этого места!
— Он не может передвигаться, — сказала женщина, показав на человека в бессознательном состоянии.
— У нас нет выбора, — сказал ей Тэмберли, подбежав, чтоб помочь.