— Я не монстр, Лина, — произнёс он внезапно, и его голос был гладким, как отполированный нож. — И чтобы ты ни думала, всё, что я делаю, — ради королевства.
Слова звучали, как шипы, обёрнутый в шёлк. Ложь, пропитанная уверенностью власти. Он открыл шкатулку, и свет от факелов отразился в россыпи украшений: кольца, браслеты, цепочки, мерцающие магией, что струилась в воздухе, словно ощутимый жар. Их узоры были мне знакомы — такие же, как на кольце Дерека. Магия металла, способная даровать магию и разрушать преграды. Король, как и его сын, владел этой силой, но в его руках она казалась куда более зловещей.
— Вы будете пытать меня? — слова вырвались прежде, чем я успела их сдержать. Сердце замерло, а шаг назад был инстинктивным.
Мысль о бегстве вихрем закружилась в голове, но выхода не было. Двери заперты, стража за ними, а стены этого кабинета казались такими же непроницаемыми, как воля короля. Его магия могла раздавить меня, как песчинку под сапогом.
— Умная девочка, — его улыбка холодная, как зимний ветер. — Хотя это лишь слухи. Сказки, которые мы рассказываем подданным, чтобы они знали своё место.
Я стиснула зубы, не желая выдавать, откуда мне известны тайны его магии.
Он надел на пальцы несколько колец, их металлический блеск казался живым, пульсирующим. Шкатулка захлопнулась с резким щелчком, и король двинулся ко мне, его движения были плавными, как у пантеры, крадущейся к добыче.
— Будет лучше, если не станешь сопротивляться, — произнёс он тихо, но в его голосе звучала угроза. — Так будет… менее больно.
— Пожалуйста, ваше величество, — я обогнула массивный стол, пытаясь выиграть время, хотя знала, что это бесполезно. — Я расскажу всё, что вы хотите!
— Я должен учитывать тот факт, что ты можешь солгать. А прочитав твои мысли, этот факт отпадает сам собой.
— Что? — слово вырвалось, как выстрел, а осознание ударило, словно книгой по голове.
Он не должен заглянуть в мой разум. Договор с Дереком, тайна моего отца, моя собственная сила громовержца — всё это станет катастрофой, если он узнает. Я рванулась к двери, но король, несмотря на возраст, оказался быстрее. Его рука, твёрдая, как сталь, сомкнулась на моём запястье, и в следующее мгновение он заставил меня сесть на диван. Во мне боролись две Лины: одна, отчаянно желающая скрыть свои секреты, и другая, бессильная перед его магией.
Он приложил руки к моему лицу, и мир растворился.
Я стояла в саду. Нашем саду. Цветы качались под лёгким ветром, деревья шелестели, а запах влажной земли успокаивал. Но что я здесь делаю? Это место было моим убежищем, но сейчас оно казалось чужим.
— Мило, — раздался голос короля, низкий и насмешливый, слева.
Я вздрогнула, обернувшись. Он стоял рядом, его фигура казалась неуместной среди зелени, словно тень, брошенная на солнечный луг. Его глаза, холодные и цепкие, изучали меня.
— Мне понадобилось время, чтобы наладить контакт, — сказал он, заметив моё смятение. — Но теперь мы здесь.
— Где мы? — голос дрожал, хотя я пыталась скрыть страх.
— В твоём подсознании, — ответил он, и его улыбка была почти отеческой, если бы не зловещий блеск в глазах.
Я бы заинтересовалась этой магией, если бы не было так жутко. Его сила позволяла ему проникать в разум, как вор в сокровищницу, и я была беззащитна.
— Сначала раз в несколько лет, потом ежегодно, теперь это так часто, что я сбился со счёта, — раздался другой голос, знакомый, но далёкий.
Я обернулась. Шеврон, моего отца, стоял под сенью дуба, его лицо было усталым. Рядом — мой отец, ссутулившийся, но с искрой решимости в глазах.
— Может, они хотят войны? — спросил Шеврон.
— Если бы хотели, давно бы объявили, — ответил отец, и в его голосе чувствовалась тяжесть прожитых лет.
Я вспомнила этот разговор, подслушанный в саду. Память ожила перед нами, как магический гобелен, сотканный из света и теней. Король наблюдал, его лицо светилось жадным любопытством, словно он смаковал каждое слово, как редкое вино.