Снег. Я сидела в сугробе, окружённая бесконечными снежными горами, чьи острые пики вонзались в серое небо. Ветер выл, как голодный зверь, а холод пробирал до костей, словно сама зима решила забрать мою душу.
— Айс?! — крикнул Дерек сверху, его голос прорезал вой ветра.
Я хотела ответить, но лишь огляделась, ошеломлённая. Это нечестно. Я не хочу короны, не хочу его проклятых состязаний. Здесь я замёрзну насмерть, и всё ради чего? Его амбиций?
— Айс, чёрт тебя возьми?! — Дерек стоял выше, на склоне, его фигура вырисовывалась против серого неба. Его глаза горели привычным недовольством, как угли под пеплом.
— Что? — выдохнула я, чувствуя, как ноги коченеют в снегу.
Я попыталась встать, но рухнула обратно, снег хрустнул подо мной, холодный и предательский. Дерек спускался ко мне, его шаги оставляли глубокие следы, а тёмный плащ развевался, как крылья ворона.
— Когда я зову, ты должна отвечать, — бросил он, и его голос был острым, как лезвие.
Я одарила его взглядом, полным презрения, надеясь, что он почувствует, как сильно я хочу засунуть его приказы в ближайший сугроб. Холод помог сдержать язвительный ответ, но внутри я кипела. Он шагнул ближе, легко подхватил меня, его руки были твёрдыми, как сталь, но тёплыми, несмотря на мороз. Его глаза впились в мои, и я почувствовала, как он отстаивает свою власть — он приказывает, я повинуюсь. Как бы не так. Пусть эти проклятые состязания закончатся, и я сотру его из своей жизни, как пыль с сапог.
Вдруг холод отступил, словно кто-то накинул на меня невидимый плащ. Я удивлённо посмотрела на Дерека, чувствуя, как тепло растекается по телу.
— Как… — начала я, но он перебил.
— Не забивай голову, — усмехнулся он, и в его тоне мелькнула насмешка, от которой я стиснула зубы.
Он намекает, что я глупая? Его взгляд опустился на букет, который я всё ещё сжимала в окоченевших пальцах. Лепестки, смятые и примёрзшие, выглядели жалко.
— Кто-то скуп на подарки, — сказал он, и в его голосе сквозило раздражение.
Он решил, что цветы от поклонника. Я вскинула подбородок, стараясь не показать, как его слова задели меня.
— Главное — внимание, — отрезала я, вложив в голос всю язвительность, на которую была способна.
Но он, как всегда, понял по-своему.
— Разумеется, — бросил он скептически, его губы изогнулись в едва заметной усмешке. — Ваши девчачьи штучки. Внимание важнее бриллиантов.
— Не мерь по своим девушкам, Дерек, — я закипала, чувствуя, как ярость разгорается в груди, как огонь в кузне. — Ты же можешь дать только бриллианты и власть.
Впервые я увидела в его глазах не только недовольство, но и удивление — мимолётное, как искра в ночи. Миг, и он надел свою привычную маску безразличия, но я заметила трещину в его броне. Это было почти приятно.
— Нам надо идти, — сказал он, указывая вверх, где пики гор терялись в сером мареве. — Выше.
Я стиснула зубы, сжимая букет, словно он мог дать мне силы. Холод, Дерек, его проклятые приказы — всё это было частью игры, в которой я была пешкой. Но в глубине души тлела искра — не любви, не страсти, а чего-то иного. Решимости. Я не сломаюсь. Не ради него, не ради короны, не ради кого-либо. Я поднимусь выше — не потому, что он приказал, а потому, что я сама так решила.
Три часа я таращилась в широкую спину Дерека, пока он вёл меня в неизвестность, словно герой из древних легенд, шагающий навстречу судьбе. Снег хрустел под его сапогами, а ветер выл, как духи гор, но он не говорил ни слова после нашего спора. Холод отступил — не знаю, что он сделал, но я больше не мёрзла. Заклинание? Его магия? Я была так поглощена им, его движениями, его молчанием, что не замечала ничего вокруг — ни острых пиков, ни ледяного ветра, ни того, как мои туфли, не предназначенные для гор, скользили по снегу. Но три часа подъёма истощили меня. Я споткнулась, чудом устояв, и в глазах на миг потемнело, как будто ночь решила накрыть меня раньше времени.
Встряхнув головой, я поплелась дальше. Час назад я осмелилась спросить, куда мы идём. Его ответ был:
— Твоё дело — не задавать вопросы, а выполнять указания.
Он даже не обернулся, бросив слова, как приказ слуге. Почему я ждала от него человечности? Почему вечно выдумываю то, чего нет? Что, если бы я тогда отказалась от его помощи, от этого проклятого договора? Была бы я свободна? Или всё равно оказалась бы здесь, в снегах, скованная его волей?
Я остановилась. Голова закружилась, воздуха не хватало, словно горы выжимали из меня жизнь. Я хватала ртом морозный ветер, но лёгкие горели, как от раскалённого песка. Паника сжала грудь, будто невидимая рука сдавила рёбра. Я зажмурилась, потом широко распахнула глаза, глядя на удаляющуюся спину Дерека. Дышать не получалось.