Мерзкий треск и шум вырвали меня из сладкого забытья, где не было ни боли, ни страха. Я не хотела просыпаться — сон был моим единственным убежищем, хрупким, как стекло, но мягким слово облако. Но реальность ворвалась, как буря, и я лежала, не шевелясь, пытаясь вспомнить, как оказалась здесь. Обрывки памяти — бегство от оживших деревьев, стена пламени, олень с молочными глазами — кружились в голове, как пепел над костром. Вопрос, как я выжила, казался неважным рядом с тем, что я услышала.
— Это занимает слишком много времени, — раздражённо бросил знакомый голос. — У меня его нет.
— Терпение, молодой принц, — ответил другой, незнакомый, спокойный, но властный, как шепот древнего леса. — Оно открывает многие двери.
Я затаила дыхание, боясь выдать себя. Мои мышцы ныли, каждый вдох отдавался болью, но любопытство было сильнее. Они говорили обо мне? Или о чём-то большем?
— Мне некогда с ней возиться! — огрызнулся Дерек. — Нужно найти артефакт Ливии!
Его пренебрежение должно было ранить, но я привыкла к его резкости, как к холодному ветру. Мы оба не выбирали этот «союз» — я его обуза, он моя клетка. Но его слова всё равно ранили, напоминая, что я для него — лишь средство, пешка в игре за корону.
— Всему своё время, ваше высочество, — умиротворённо ответил старец. — То, что вы ищете, ближе, чем кажется. Вы проходите мимо, смотрите и не видите.
Дерек хмыкнул, и я приоткрыла глаза, не в силах сдержать любопытство. У костра, на замшелом бревне, сидел мужчина за пятьдесят, седовласый, с лицом, изрезанным морщинами, как старый дуб. Его глаза, добрые, но проницательные, смотрели на меня, будто он знал всю мою жизнь — каждый мой страх, каждую надежду. Дерек метался от бревна к валуну, как загнанный зверь, его движения были резкими, полными нетерпения.
— Присмотри за ней, — бросил он, словно отдавая приказ слуге. — А я найду артефакт.
— Нет, — старец нахмурился, его голос стал твёрже. — Она не моя обязанность, а ваша.
Дерек скривился, будто проглотил лимон. В груди кольнуло — чего я ждала? Что он бросит свою цель ради меня? Глупо. Его мир — это трон, власть. Я — лишь тень на его пути.
— Иди, Дерек, — тихо сказала я, голос дрожал от боли и усталости.
Каждая мышца ныла, я не могла даже руку поднять. Он вздрогнул, обернулся, и на миг в его стальных глазах мелькнуло облегчение, смешанное с чем-то, похожим на вину. Но это же Дерек — ему чужды такие чувства. Я не жду от него невозможного. Любовь, о которой говорят в сказках, не заставит его чувствовать. Камень не даст воды.
— Не могу оставить тебя… — начал он, глядя в спину старца, но его голос звучал неуверенно, почти фальшиво.
Его забота казалась маской, и это взбесило меня. Впервые захотелось ударить его по-настоящему — за ложь, за игру, за то, что он заставляет моё сердце биться быстрее, несмотря на всё. Он — лжец, мастерски играющий роль. Властный, нетерпеливый, жадный до власти, хоть и скрывает это за своей холодной маской. Все думали, что трон достанется его старшему брату, но тот загадочно выбыл из отбора. Не удивлюсь, если Дерек приложил к этому руку. Когда я успела так хорошо его узнать? Наши разговоры — лишь упрёки и колкости, но они обнажили его суть.
— Не притворяйся героем, Дерек, — твёрдо сказала я, сдерживая гнев, что клокотал в груди. — Ты не он. Иди и выполни задание. Чем быстрее ты это сделаешь, тем быстрее мы окажемся дома.
Его лицо потемнело, губы сжались в жёсткую линию, глаза метали молнии. Он хотел меня придушить — я видела это в его взгляде. Старец опустил голову, пряча улыбку, что меня ошарашило. Здесь плакать надо, а не смеяться.
— Отлично, — прорычал Дерек, его голос был как раскат грома. — Позвольте откланяться.
Он развернулся и исчез в чаще, его шаги потонули в тишине леса. Я ждала облегчения от его злости, но вместо этого захотелось догнать его, извиниться. Он спасал меня не раз, пусть и ради своих целей. Это не отменяло того, что он, в своём извращённом виде, был героем — моим, даже если я не хотела этого признавать.
— Для справки, — хмыкнул старец, подбрасывая ветку в костёр, — это он вытащил тебя из леса.
Вина захлестнула с новой силой, как волна, смывающая всё на своём пути. Я молчала, не зная, что сказать. Чувства к Дереку были запутанным клубком, который я боялась распутывать. Я любила его, но не хотела знать, насколько глубоко. На что я готова ради него? На всё? Или на ничего?