— Идём, — бросил он.
Его спина, как всегда, была стеной между нами — широкой, неприступной. Я ненавидела себя за то, что всё ещё искала в нём что-то человеческое, что-то, что могло бы принадлежать мне. Но он был прав: я слишком много думаю. И каждый раз, думая о нём, я теряю частичку себя.
♕♕♕
Неделя не задалась с того момента, когда меня бесцеремонно швырнули в мою комнату с наставлением на будущее.
— Осталось немного, — сказал Дерек, шагнув в мою комнату, бросив взгляд в окно и нахмурившись. — И ради богов, носи одежду!
— Я сказала тебе всё по этому поводу, — сняла кольцо с пальца и бросила ему, — и больше повторять не намерена.
Он ловко поймал его и прищурился, намереваясь сказать очередную гадость. Но я устала терпеть. Не дав ему и рта раскрыть:
— Достаточно! — выставила ладонь вперёд, давая понять, что на сегодня хватит. — Это по твоей вине я хожу в этом. Это по твоей вине после каждого испытания я ношу закрытую одежду, потому что моё тело в синяках. Это по твоей вине я не могу жить нормально, потому что не знаю, когда ты щёлкнешь пальцем и прикажешь явиться. Это по твоей вине мне приходится выдумывать нелепые оправдания перед близкими и объяснять, куда я внезапно пропала. И по твоей вине сейчас мне придётся объясняться перед сестрой: куда я исчезла и почему не купила платье на коронацию. — Я выдохнула после этой эмоциональной тирады, продолжив: — Ты не один, кто терпит неудобства.
Высказав накопившееся недовольство, мне стало легче. Но взглянув в глаза принца, я испугалась. Его глаза темнели с скоростью света. Он сделал шаг вперёд, ещё один. Я не заметила, как он прижал меня к шкафу, хватая за лицо. Жестоко, но мягко одновременно — боли я не почувствовала.
— Ты и представить не можешь, что мне приходится терпеть, — прошипел он.
Моё сердце билось, как птица в клетке, готовое вырваться из груди. Казалось, ещё секунда — и я упаду в обморок. Он был так близко, его дыхание обжигало кожу, его глаза — буря, в которой я тонула. Мне было трепетно и страшно одновременно, как будто я стояла на краю пропасти, не зная, прыгнуть или отступить.
— Не ты, никто другой, — выплюнул он мне в лицо и растворился в воздухе, будто его и не было.
Но моё сердце не согласно с этим. Оно всё ещё билось в безумном ритме, эхом отдаваясь в ушах. Я стояла, прижавшись к шкафу, пытаясь осознать, что только что произошло. Его слова жгли, но под ними таилась боль — его боль, которую он никогда не покажет. Почему я чувствую это? Почему, несмотря на всё, меня тянет к нему?
22 глава
22 глава
Неделя тянулась, как бесконечная нить, сплетённая из нетерпеливого ожидания и тревоги. Скоро всё закончится. Ещё одно испытание — и я вырвусь из цепей магического договора, что сковывал меня, как узника. Свобода манила, но пугала не меньше. Восьмое испытание, по слухам, не магическое, а примитивное, почти грубое: сражение на мечах для двух финалистов. Моя помощь Дереку не понадобится. Надеюсь. Но в глубине души я знала: с ним ничего не бывает простым.
Я бродила по городу, потому что дома было невыносимо. Мама только и делала, что сетовала на судьбу, на мою «непутёвость», на Шани, которая «хоть и своенравная, но знает, чего хочет». Осталось три участника, и я ждала вечера, гадая, позовёт ли Дерек. Не хотелось выдумывать очередные оправдания для семьи, объяснять, куда я исчезаю, как призрак. На рынке я купила яблоко — красное, блестящее, как обещание чего-то хорошего. Найдя укромный уголок в парке, я устроилась на скамье, чувствуя, как онемели ноги. Чувство подсказывало: он позовёт сегодня. Я ждала, пока не отсидела себе всё, что можно, вертя яблоко в руках, словно оно могло ответить на мои вопросы.
И вот я появилась перед Дереком, сжимая яблоко, как талисман. Мир вокруг был странным — белые стены, пол и потолок, мягкие, как облака, окутывали ноги, словно я ступала по сну.
— Привет, — искренне улыбнулась я, впервые за долгое время чувствуя лёгкость. Мысль о скором конце испытаний заставляла сердце петь, как птицу, выпущенную из клетки.
— И тебе привет, — нахмурился он, косясь на меня с подозрением, будто я спрятала кинжал за спиной.
— Будешь? — протянула я яблоко, всё ещё улыбаясь.
— Оно не отравлено? — хмыкнул он, его губы дрогнули в привычной насмешке. — Ты подозрительно счастлива.
— Нет, — улыбнулась я шире. — Бери.
— Откажусь, — поджал он губы, отводя взгляд.
Как хочешь, напыщенная задница. Мне больше достанется. Я пожала плечами и отвернулась, пряча разочарование.
— Где мы? — спросила я, оглядывая странное место, где всё казалось слишком мягким, слишком нереальным.