Так я неожиданно стала не просто Великой Иви, но еще гражданкой подземного государства Лоранеша и эксклюзивным поставщиком редкого напитка Стальному трону.
И все за один бесконечно длинный день.
Когда он, наконец, кончился, я упала в кровать в своих покоях и отключилась, мне кажется, еще не достигнув подушки.
Следующее утро началось с того, что в каменную стену, что была тут вместо двери, постучали. Затем через неизвестно откуда появившееся окошко в комнату просочилось письмо, написанное на красивой серебристо-черной бумаге белыми чернилами. Тифия поспешила прочесть содержимое:
— Вас ждут в Седьмом лектории королевского дворца уже в час червя. Подпись короля Лоранеша.
— Час червя? — переспросила я, потирая глаза. — Это что еще за ерунда.
В спальне Эфира были часы, и там не значилось никакого червя.
— Это за одно деление до часа бабочки, — как-то неуверенно проговорила служанка. — То есть у вас совсем немного времени, чтобы поесть, моя Иви.
Я нахмурилась прямо в подушку, вспоминая, что примерно означает час бабочки, потому что бабочка на часах Эфира-таки была. И по всему выходило, что червь — это… восемь утра! Поэтому у воздушного аватара и не было подобного деления: никто во дворце ветров и ураганов в такую рань не поднимался.
— Что? Нет, я отказываюсь, — проворчала, перевернувшись в постели и накрывшись одеялом.
— Передать, что вы не придете? Говорят, в Седьмом лектории учат самых могучих чаротвердников для службы самому королю, — протянула Тифия.
Я застонала. И как эта служанка так быстро поняла, на какие точки у меня надо давить?..
— Конечно, пойду. Куда я денусь.
И пришлось вставать.
Тифия подготовила для меня классический местный брючный костюм из шелковистой ткани с несколькими слоями подкладки. А на ноги впервые довелось надеть туфли с этой их особой подошвой, через которую полагалось начать чувствовать камень. Хотелось нацепить какие-нибудь побрякушки, колечки или браслеты. Но, как оказалось, в моем арсенале драгоценностей теперь было просто чудовищное количество неподходящих друг к другу комплектов. А ведь все они обладали свойствами, которые совершенно не хотелось терять!
У меня оставалось совсем мало времени, и Тифия постоянно подгоняла.
— Мы опаздываем, Иви!
— Я уже почти готова! — бросила в ответ, разглядывая кольцо, которое подарил Эфир. С крупным золотисто-желтым камнем. Вроде бы оно было совершенно бесполезным, но умело менять форму и прятаться.
Перед глазами вспыхнуло еще совсем яркое воспоминание, хотя событие, связанное с ним, произошло будто бездну времени назад.
'— Мое сердце — хрусталь ветров, — прошептал султан, не сводя с меня глубоких синих глаз, в которых расстилалась звездная ночь, — моя воля — серебро ураганов, мой долг — твое освобождение.
Эфир снял со своей руки золотое кольцо и надел мне на руку.
— Никто не заметит его, если ты не пожелаешь…'
Я потерла крупный желтый перстень, неторопливо и уже привычным движением надевая остальные свои сокровища. Сперва черные серьги, которые подсказывали будущее и прошлое, усиливая дар ясновидения. Затем виал, наполненный кровью Черной жемчужины и пыльцой цветов Айлгвина. Потом подвеску с жемчужинкой Бро и комплект Венинумары, который, как оказалось, мог чуть ли не разбудить мертвого. По крайней мере умирающего Тирреса — спас, и мне теперь совершенно не хотелось оставлять такой артефакт без присмотра. Вчера вот его на мне не было, и я едва сумела излечиться без источника воды. Будь на мне осьминожий браслет с кольцом, о воде можно было бы и не думать.
В конце концов, когда я нацепила уже кучу украшений, вместе ставших совершенно безвкусными, в конце надела кольцо Эфира, чуть потерев золотистый камень. И произошло невероятное.
Все драгоценности разом изменили внешний вид.
— Прекрасная лаурия! — ахнул Тейноран, случайно заметивший чудесное колдовство. — На вас артефакт иллюзий! Какая редкость!
— Иллюзий? — приподняла бровь я, глядя через квадратное зеркало на здоровяка шеррия, стоявшего на почтительном отдалении.
А в памяти мелькнуло воспоминание о том, что иллюзиями в этом мире обладают только вампиры. Вроде Сициана…
На миг закрыла глаза. Чуть дольше положенного. А когда открыла, шеррий пояснил:
— Говорят, при создании этих артефактов используется какая-то особая магия, связанная с темными силами. Но я не силен в таких подробностях.