Не суть, важно другое: внешний вид.
Каждый камешек отполирован и вырезан полусферой, чуть выпирающей и блестящей своими округлыми боками в лучах света. Каждый из своего минерала — один красный, другой зелёный, третий золотой. Наверняка, маги много за них заплаа… тят…
А в голове уже штиль… И словно тянет… куда-то…
Глава 22
…
Сергей.
Чёт засмотрелся я на камешки, отстал.
Застоялся у рун. Уж больно люблю скандинавов, потому и завис. Остальных догнать надо, а то опять Игоряша себе все самые классные игрушки заграбастает.
И как я тогда Стужу не приметил? Нет, ну грех жаловаться, конечно, мои двуручки сто пудов лучше. Но там оригинал всё-таки. И при желании можно двуручник удобный собрать… эх.
Ай, все уже здесь, в последней комнате? Опоздал. Игорь как раз щёлкнул пальцами и погасил «лампочку». Выпендрёжник!
Так, а чего там? Спинка кресла какого? Не видать. Выстроились, блин, стеной.
В потолке двенадцать дыр, из них солнце пробивается и все лучи на той деревяшке рассохшейся скрестились. Но нафига? Должно быть что-то важное, иначе глупо.
А вдруг просто деревяшка?
Ненавижу внутренний голос… Ну зачем ради чего-то банального так морочиться?
Надо разглядеть.
Блин, не видно из-за ребят. Настало время разархивироваться! Спину расправить.
От хруста в спине Бистрегз вздрогнул и обернулся. И встретился взглядом с моим подбородком, хотя ещё недавно мы с ним были одного роста. Он сразу отошёл. Надо бы отучить себя сутулится, но так даже интересней порой. Все привыкли, что я ростом с Игоря, а тут оп — и сюрприз.
Расправив спину, я возвысился над толпой и спокойно осмотрел представленный нашему вниманию экспонат. Старый, заросший пылью и из-за плохого обращения сильно рассохшийся деревянный трон. Громадный. Массив дуба, судя по цвету. Горький шоколад там, где нет пыли. И те же рунические письмена, что и по всей пирамиде.
Трон грубовато сделан. Резные ножки впечатляют, да и массивности не потеряли, но вот седушка и спинка… никакие. Только рунница и инкрустации по спинке. Не мастеровой уровень, можно лучше.
Минадас что-то спросил. Я на автомате отбрехнулся, но сам разглядывал камушки. Что они с инкрустациями сделали? Фигуру какую-то выложили. Оригинально, местами красиво.
Стоп. Это ж Иггдрасиль на спинке! Ну точно: в центре Мидгард, над ним Альвхейм, и вон Асгард. Это Ванахейм, рядом Муспельхей, Йотунхейм, Нильфхейм, тут Свартальвхейм, и Хельхейм, который Хель.
Я отодвинул Бистрегза и попёр к трону. Надо изучить, срочно. Древние, говоришь? А что тут скандинавы и их вера забыла? Я эту карту везде узнаю, не напрягаясь. Девять миров!
По другую сторону комнаты синхронно со мной оттолкнул Минадаса и пошёл к трону Игорь. Пусть любуется, лишь бы за кинжал не схватился. А то начнёт эту красоту портить!
А камни он не отковырнёт?
Ненавижу внутренний голос. Особенно, когда он прав. Этот может. Он ни в эзотерике, ни в древних верах, ни даже в столярке не рубит. Такой трон, хоть и сделан грубо, хорош только в полной комплектации. Грубость слишком нарочитая. Больше даже не грубость, а массивность. А резьба всё ж искусная, тонкая. Мастер делал.
Руны-то опять со смыслом, поди? Но с каким? Идут аркой, окружая собой фигуру Иггдрасиля в три строки. Не идеально ровно, но я рисую и того хуже, потому претензий никаких.
Чего эт там Игорь бубнит? Сосредоточится не могу из-за него. Я только начал рассматривать спинку и пытаться найти знакомые руны, а Игоряша зажёг магическое синее пламя над пальцем и нагло провёл по ним. Запустил какой-то магический эффект. Умница! А зачем?
И тут же уплюхался на стул.
Незнакомый, определённо магический.
Ну вот не дурак ли? Конченый идиот. Сразу видно — мой лучший друг. Так с ходу и не отличишь нас даже. Я ведь сам уже замахивался сесть. И ведь так ловко рванул. Я даже дёрнуться не успел, не то что остановить.
Зашибись погуляли по старой пирамидке. А если сдохнет?
Ненавижу внутренний голос.
От активации рун я услышал какой-то странный, басовитый рёв, отдалённо похожий на недавний вопль Дракона. При этом никто не подавал виду. Значит, глюки.
Игорь спокойно сидел в паре сантиметров над стулом. Уже ноги «по-турецки» скрестил и спит. Глаза дёргаются — точно уснул. Хотя не… Зрачки под веком из стороны в сторону бегают, словно читает что-то.
А вот дальше началась матрица и я пожалел о шутках про лаги в реале. А я их любил.
Игорь поднял руку и её прям размазало.
Буквально, и фигурально, и как только смогло: за рукой шлейф из руки же, словно винда «хрюппи» проглючила а ты окно перетащить решил; местами наружу выбиваются кости, кровь, мышцы, всё шевелится в совершенно разные стороны.
Следом за рукой те же метаморфозы постигли и голову. Он повернуться решил.
В итоге имеем: опять кровь и дикий расколбас, хуже чем в мясорубке.
От этих радостей меня едва не вывернуло.
Хватило Игоряши только на три кадра, дальше я ждать и терпеть не стал. А чего тут ждать? Пока друга окончательно развоплотнит? Я выхватил оба меча и врубил полную остановку времени. Помогло. Рука собралась воедино и подтянулась. Но и кровавый шлейф никуда не пропал, так и осталась висеть в воздухе. Не суть важно! Зато жив. Жив ведь, да?
Игорь медленно, всё ещё провисая и подлагивая, повернулся и посмотрел на меня. А потом открыл рот в попытке что-то сказать. Со всех сторон, в том числе у меня за спиной, загудела целая армия голосов, большая часть из которых принадлежала Игорю:
– Поооомооооооогииииии…
Голоса измученные, часть хрипит, другие вопят, десятые скрежещут. Ужас. Он из всех реальностей разом говорит, что ли?
Ладно, просит помощи, значит нужно вытягивать.
Твою мать… А как?
Пренебречь, пляшем. Как-нибудь, хотя бы.
Так, замедление снижать нельзя. Значит, оба меча в одну руку, правый будет лезвием вниз в левой обитать. Так сподручнее будет. Нормуль. Теперь правой Игоря хватаем, за заботливо протянутую руку. Не, за ладонь не стоит. Лучше выше запястья, так надёжнее. Теперь ногу на стул, и поехали потиху! Ого, а крепко всел, шельмец! Вторую ногу в дело! Вооо, пошёл, отли...
– ММАать!
Оба кубарем улетаем к дальней стене, но долетаю только я.
Твою мать. И где этот идиот?!
…
Игорь.
Внизу пирамиды. Стою внизу пирамиды, один. Где все? Что это было?
Руки сами собой ваяют на маленьком камушке, который я только-только поднял (он ещё холодный) какие-то странные руны. Не узнаю и не понимаю. Это на каком? А, эльмский диалект, захват энергии. Как ветровой генератор, но без ветра и мощнее, собирает магическую энергию. И отдаёт её в мои наручи. Зачем?
Второй камень, достал из-за пояса. Точно такой же набор рун. Всё на автомате. Руны те же, с той лишь поправкой, что энергия уходит к какому-то «заказчику». Все летят прямой наводкой на огромную гору, которую мы с Серёгой и Минадасом недавно тут сообразили. Из одного разлома выскакивает перо, перехватывает в полёте камень для «заказчика» и снова исчезает. В голове звучит знакомый голос, говорит: «Спасибо». За что? Кто? Ничего не понимаю.
Рядом появляется Серёга, старательно что-то доказывает, но я ни слова не разбираю. Молча беру «жаловод», вместе со специальным минералом и начинаю на его наручах рисовать тоже самое, что и на своих. Камень собирает энергию и переносит её к нам в наручи, где бы мы ни были. И нам не напрягаться, и перья всегда сыты и помогут в бою. Так вот зачем это! А как я это придумал?
– …мать, сбежал?
– Что? Голова кружится, подожди.
– Ты меня ещё и не слушаешь, зачарователь? Игоряш, ты совсем охренел??
– В голове какая-то каша. И рука… М-р-да ползёт. Нугрно подлешшйа-шшйа.