Вот лодка подошла к мосту, рыбаки начали снимать мачту. Алит воспользовался суматохой, чтобы соскользнуть в воду вместе с прятавшимися среди команды тремя воинами. Они быстро доплыли до отделанных камнем опор моста и вылезли из воды. Там Алит вынул несколько закрывающих тайник камней, и достал оттуда замотанные шерстяной тканью свертки, где лежали широкие долота и обтянутые тряпками колотушки.
Четверо Теней взобрались по паутине из веревок: она свисала под мостом со вбитых в кладку между камнями крюков. Тени заняли свои места и продолжили работу — они висели над текущей внизу водой и скалывали соединяющий камни раствор. Тихий стук обмотанных тряпьем молотков терялся в журчании Наганата. Когда один из камней расшатывался, тени доставали деревянные клинья и вбивали в кладку, чтобы мост не рухнул раньше времени.
Кропотливым трудом Алит и его последователи разбирали мост камень за камнем, а клинья и естественное распределение веса в арочных пролетах не давали ему рассыпаться. Через отверстия в широких головках клиньев проходили веревки — когда придет время, их можно будет легко вытянуть.
Работающие по очереди от рассвета до заката команды Теней уже подготовили к разрушению две трети моста. Работа отупляла, от нее болели все мускулы. Тени неподвижно лежали во врезающихся в тело веревочных люльках и соскабливали раствор на участках в палец длиной.
Алит и его отряд отработали свое до полудня. Когда флот рыбачьих лодок возвращался домой, их подобрали на борт, и другая команда заняла их место. Лодки причалили в Торессе, где Алит обнаружил ожидающего на пирсе Хиллраллиона. Идущий по Тени грустно посмотрел на князя.
— Плохие новости, друг? — спросил Алит.
— Возможно, — ответил капитан. Они свернули с ведущей в город дороги и пошли по заросшему тростником берегу реки. — Тарион пропал.
— Я видел его утром, когда мы отплывал из города. Он не мог уйти далеко.
— Я послал на его поиски нескольких воинов, но он хорошо изучил искусство Теней, хоть и начал учиться позже других. Он не оставил никаких следов.
— Иногда всем нам требуется уединение, — предположил Алит.
— Только не Тариону. Он не стесняется высказывать свои мысли и часто делится ими со мной. На нем сказывается возраст, и он чувствует неуместную вину за падение Эланардриса.
— Неуместную? Нашу вину нельзя считать неуместной. Мы все должны принять тот факт, что сыграли свою роль в падении дома Анар, несмотря на благие намерения.
— Я бы посоветовал не говорить подобного Тариону, если мы найдем его, — сказал Хиллраллион. — После Церин Хьюата его начало тревожить состояние анарской династии. В отличие от нас с тобой, он принадлежит к старшей породе, к поколению твоего деда. Мы все ненавидим беззаконие, что творится сейчас на Ултуане, но только старики, которые принимали участие в спасении острова от демонов, знают, что мы потеряли. Они уже проливали кровь ради нашего народа, и считали, что нам никогда не придется этого делать.
— Но почему он сломался сейчас? — Алит присел на берегу реки, и Хиллраллион опустился рядом с ним. — Мы сражаемся с друкаями уже шесть лет.
— Ты стал Королем Теней, но Тарион по-прежнему видит в тебе Алита Анара, сына и внука двух его ближайших друзей, последнего из рода. Для тебя Эланардрис превратился в воспоминание, твоим делом стала война Теней. Для Тариона ты — наследие анарцев, их традиции все еще живут в тебе. Ты не Король Теней, ты последний из дома Анар. Он не доверят каледорцам или крейсийцам и считает, что они не способны вернуть того, что потеряли наши земли. Но пока ты жив, он может тешить себя мыслью, что в Эланардрис вернется былая слава. Он боится, что, если ты погибнешь, с тобой умрет последняя надежда.
Алит молча размышлял над услышанным. Он мирился с упрямством и старомодными рассуждениями Тариона из уважения к ветерану. По правде говоря, князь старался не думать о стареющем эльфе, поскольку ему сразу вспоминался Эолоран — либо мертвый, либо, что еще вероятнее, гниющий в каком-нибудь застенке Анлека. В целом Алит пришел к выводу, что лучше не ворошить прошлое, а сосредоточиться на грядущей мести.
Он обдумал беспокойства Тариона, как их описал ему Хиллраллион. Возможно, он сам слишком цеплялся за титул Короля Теней и забыл, кем является и без того. Но тот юноша, Алит Анар, жил в постоянных мучениях, его окружали мрачные воспоминания и чувство беспомощности. Наследник дома Анар не мог ничего; Король Теней был всемогущ. Этот титул тоже нес с собой горе и боль, но они и в сравнение не шли с мукой, которая ожидала его после исполнения данной клятвы. «И что тогда?» спросил себя Алит. Кем он станет, когда война Теней закончится? Возможно, Тарион поможет ответить на этот вопрос.