— Ваше Величество, я…
— Без обид, но ты мог бы встать? Я хочу закрыть дверь. Моя жена мерзнет.
В спешке оторвавшись от пола, он осознал, что забыл снять шляпу. Резким движением сорвав предмет с головы, он прижал ее к себе.
А потом ему оставалось лишь переводить взгляд между ними… а потом за них, когда двое мужчин, должно быть Братья, перенесли через фойе кресла.
— Это он? — спросил тот, что бы ослепительно красив.
— Ага, — ответил Король, махнув рукой вправо. — Аб, пройдем туда…
— Вы убьете меня? — Выпалил Абалон, не шелохнувшись.
Брови Королевы взлетели вверх.
— Нет. Господи, конечно, нет… зачем нам тебя убивать?
Роф положил руку на плечо Абалона.
— Приятель, ты мне нужен живым. Мне необходима твоя помощь.
Убежденный, что в любую секунду проснется, Абалон как зомби вошел в приятную глазу гостиную, служившую, должно быть, в качестве столовой, судя по хрустальной люстре и внушительному камину. Но здесь не было длинного, узкого стола, ряда стульев, буфета сбоку. Вместо этого, перед камином стояла пара кресел друг напротив друга, а в стороне — уютные диванчики и стулья. Стол поставили в ближайшем углу, красивый блондин в опрятном костюме-тройке шуршал за ним бумагами.
— Аб, присаживайся, — сказал Король, устраиваясь в одном из кресел.
Абалон подчинился… в конце концов, это намного лучше гильотины.
Король улыбнулся, его аристократическое лицо с резкими чертами слегка потеплело.
— Я не знаю, как много тебе известно о моем отце. Но он принимал своих граждан. Моя жена прочла твое письмо в ночь собрания Совета… и ты упомянул, что работаешь с некой организацией гражданских?
Абалон перевел взгляд с Короля на его супругу, которая села на один из мягких стульев… и сейчас наливала имбирный эль.
Они солгали, подумал он внезапно. Они были вместе, уважение и обожание между ними было видно невооруженным глазом.
— Аб?
— Э… — Этого он точно не ожидал… хотя не без удовольствия узнал, что Глимеру обвели вокруг пальца. — Да, но это… скорее свободное объединение. Есть проблемы, требующие решения и… я вовсе не пытаюсь играть вашу роль…
Король поднял руки.
— Хэй, я признателен тебе. Я просто хочу помочь.
Абалон проглотил ком в горле.
— Хочешь газированной воды? — спросил кто-то.
Это был брат с иссиня-черными волосами, эспаньолкой и ледяными серебряными глазами… и татуировками вокруг виска.
— Да. Пожалуйста. Спасибо, — ответил Абалон слабым голосом.
Через мгновение воин принес ему холодную Колу в стакане. Как выяснилось, лучшего напитка Абалон в жизни не пробовал.
Собравшись с духом, он пробормотал:
— Простите меня. Я боялся вашей немилости.
— И зря. — Роф снова улыбнулся. — Ты будешь мне очень полезен.
Абалон уставился на стакан с шипучей водой.
— Мой отец служил вашему.
— Да. Весьма хорошо, осмелюсь добавить.
— Благодаря щедрости вашего рода процветает мой. — Абалон сделал еще один глоток, рука дрожала, от чего лед позвякивал в стакане. — Могу я сказать кое-что о вашем отце?
Король, казалось, напрягся.
— Да.
Абалон поднял взгляд к его солнечным очкам.
— В ночь, когда убили ваших родителей, частичка моего отца умерла вместе с ними. Он никогда не был прежним. Я помню, как наш дом хранил траур целых семь лет, зеркала были завешаны черными тканями, в комнатах горел фимиам, вход был отмечен черным цветом.
Роф потер лицо.
— Они были хорошими людьми, мои родители.
Абалон поставил воду и, оторвавшись от кресла, встал на колени перед Королем.
— Я буду служить вам верой и правдой.
Абалон смутно осознал, что в комнату вошли другие, и сейчас все смотрели на него. Это его не тревожило. История замкнула свой круг… и он был готов шагать вперед с гордо поднятой головой.
Роф лишь кивнул.
— Я назначаю тебя своим главным советником. Прямо сейчас. Сэкстон, — крикнул он. — Что я должен сделать?
Интеллигентный голос мягко ответил:
— Вы только что все сделали. Я оформлю все документы.
Король улыбнулся и протянул ладонь.
— Ты первый из моих придворных. Та-даааам.
***
— Я знаю, куда ты ходил прошлой ночью.
Кор замер посреди переулка… но не повернулся.
— Да?
Голос Тро ничего не выражал.
— Я следовал за тобой. Я видел ее.
Сейчас он повернулся на военных ботинках. Сузил глаза. Он посмотрел на своего заместителя и сказал:
— Следи за своими словами. И никогда так больше не делай.