- А, понятно...
Я, конечно же, подозревал, что Хью побывал на острове не когда кренговал суда Чёрной Бороды, а когда зарывал сокровища, но виду не подал, т.к. успокоил себя мыслью: 'Мне, разумеется, гораздо больше хочется верить, что там зарыт клад, но ведь это только выдумки Тёрнера и его дружков!'
Как оказалось впоследствии, эти 'выдумки' оказались чистой правдой! Впрочем, не стоит забегать вперёд.
Спустя два дня после этого разговора, случилось событие, которое нельзя оставлять без внимания.
Это произошло часов в одиннадцать утра. Я сидел в камбузе и смотрел, как Палмер готовит пудинг.
-Эх, Джек, - болтал он, размешивая тесто. - Со страшным человеком ты связался!
-Это вы про Хью? - поинтересовался я, с хрустом жуя яблоко. - Если про него, то я не согласен!
-Про него, про него! Просто ты его ещё не до конца знаешь!
-А вы так до конца?
-Нет, но, во всяком случае, больше, чем ты. Я с ним плаваю уже двадцать первый год, а ты только первый. Я помню его ещё юнгой на корабле Тича, помню бравым штурманом, зарубившим капитана. Известно ли тебе, например, о том, как он в одиночку взорвал свой собственный корабль, а сам вышел сухим из воды?
'Ага, знаю я эти истории, - подумал я. - Вместе с Тёрнером выдумал вчера за картами!'
-Я бы конечно послушал, но только скажите сначала, откуда вы это знаете?
-Джек, ты дурак? Я ушёл с судна за один день до этого - меня, Гарри, Черепа и ещё кое-кого отправили на берег как будто за провизией, а на следующее утро нас нашёл Краб. У него с собой был только кортик и пара пистолетов. Мы заметили, что вместо левого глаза у него рана. Он сказал, что на корабле мятеж, что ему выкололи глаз и отправили его на берег в шлюпке. А позже мы узнали, что в ту ночь недалеко от берега случился страшный взрыв, и какое-то судно разлетелось в щепки. Мы поняли, что случилось с нашим кораблём.
-Это ещё ничего не доказывает! - возразил я. - Взорваться могло и другое судно!
-Да что тут доказательства! - начинал кипятиться кок. - Ты ведь видел, какой он бывает свирепый и безжалостный, как он режет людей, словно мясник свиней.
С этим я не мог не согласиться.
-Ты видел, какая у него дьявольская хитрость и проницательность!
И против этого не поспоришь - мне пришлось кивнуть.
-Да и к тому же...
Но я так и не узнал, что Палмер собирался говорить дальше, т.к. дверь внезапно распахнулась. Перед нами стоял матрос Бен Дуглас.
-Ребята! - крикнул он. - Там на горизонте чьи-то паруса!
Мы с коком кинулись на палубу. Я не забыл, кстати говоря, захватить с собой ещё одно яблоко - очень уж оно было вкусное.
На палубе уже царило оживление - пираты готовились к бою с кораблём, к которому стремительно приближалась 'Чёрная акула'. На шкафуте, под навесом уже стояла абордажная команда, во главе которой находился Питер Пауэрс - пожалуй, самый смелый и отчаянный моряк, когда-либо плававший по океанским просторам.
Однако, как оказалось, все эти приготовления были напрасными. Вопреки всем ожиданиям, судно повиновалось приказу: 'Лечь в дрейф и не сопротивляться'.
Наша шхуна подошла совсем близко к этому шлюпу - нас разделяло не больше двадцати ярдов. Я с удивлением смотрел на поднявших руки вверх моряков, не собиравшихся оказывать сопротивления - как правило, нашей небольшой и одинокой шхуне приходилось биться с теми, кто не боялся нас - ещё бы! - одно дело, когда тебе угрожают тремя шлюпами, и совсем другое - одной шхуной. Понятно, что во втором случае у подвергшихся нападению будет гораздо больше желания драться.
Но, как я уже сказал, это судно не собиралось оказывать сопротивления.
Невдалеке от меня, прислонившись спиной к бизань-мачте, стоял Хайг. Он никогда не участвовал в боях - его деревянная нога не позволяла этого сделать. Поэтому он, покуривая трубку, спокойно смотрел на приближающийся корабль, и я слышал, как из его рта вместе с клубом сизого дыма вырвались слова:
-Вот идиоты!