Вокруг неё ярдов на двести - триста простиралось открытое пространство. Тут уже давно никто не бывал, и поэтому оно заросло кустами и травой. Всё это Одноглазый Краб решил ликвидировать - чтобы ничего не закрывало обзор. Он приказал вырыть вдоль стен крепости небольшую, в полтора ярда шириной канаву, и проделать тоже самое на границе вырубленного участка и леса. После этого один из кустов на поле был зажжён - пламя быстро передавалось с растения на растение, и вскоре вокруг форта образовалось пепелище. Огонь не затронул ни крепость, ни деревья благодаря канавам.
Но я отвлёкся от описания форта. Надо продолжить.
Каждая его стена была около шести - семи ярдов в длину. С каждой стороны было по четыре узких и длинных бойницы.
Однако же, крепость не была одним зданием. Пространство, закрытое крышей, находилась только вдоль стен. Посередине, между внутренними стенами, было что-то вроде колодца: небольшая площадка квадратной формы шириной около двух ярдов. Мы это прозвали "внутренний двор". Тут можно было разжигать костёр, готовить себе пищу.
Как я уже сказал, со всех сторон внутренний двор был отгорожен стенами около двух ярдов в высоту. За этими стенами, под крышей, мы ночевали, и в случае необходимости дать бой, находились бы именно там.
Если этот форт действительно построил Генри Эвери, то надо отдать ему должное, он был сообразительным малым. Я удивлялся его предусмотрительности. Всё было учтено. Например, в углу между северной и восточной стенами, под крышей, стояла огромная поленница дров. Они были уже покрыты мхом, потрескавшиеся, но всё равно, очень даже годные к растопке.
"Это будет прекрасный резерв на случай, если обороняться здесь!" - сказал Хью. - А поэтому не будем их зря расходовать. Пока возможно, будем рубить деревья в лесу и ими пользоваться, когда еду готовить надо".
Эвери позаботился даже о поле в помещениях. Чтобы он не зарастал травой, его посыпали где щепками, где какими-то обрывками деревьев, а где песком.
Чтобы зайти в крепость, надо было взобраться на крышу жилых помещений (так я буду называть их), пройти по ней и спрыгнуть во внутренний двор, а оттуда уже можно было через двери зайти в эти помещения.
Вот, в общем - то, и всё. В этом "доме" мне предстояло ночевать почти месяц.
На следующий день, после моей первой проведённой там ночи, я проснулся с тяжёлой головой. Она болела, перед глазами всё было как будто в тумане. Быть может, я просто отвык от спанья на твёрдом - в форте мы ложились спать на деревянных скамьях.
Вокруг все ещё спали. По крайней мере, те, кто лежал рядом со мной, храпели вовсю. Я хотел было встать, но не успел. В помещение неожиданно зашёл человек. Я узнал Питера Пауэрса - начальника абордажной команды. Он крался на цыпочках, поглядывая на меня.
- Эге! - подумал я. - Он собирается что-то тайное делать, что-то такое, что я не должен видеть. Но у тебя ничего не получится! Хитрый Джек узнает, куда ты крадёшься!
Я притворился спящим . Но мой правый глаз был приоткрыт - он внимательно следил за Пауэрсом.
А он тем временем подошёл к храпевшему рядом со мной корабельному плотнику Каммингсу по кличке Поджарый и начал тыкать его в бок.
Плотник открыл глаза, и увидев перед собой Пауэрса, тут же вскочил на ноги.
- Чёрт побери, кто будет капитаном? - спросил он довольно громко.
- Тише! - зашипел на него Пауэрс. - Сейчас всё узнаешь. Пойдём скорее, пока Хью спит. И потише будь - Джек может проснуться.
Поджарый с опаской поглядел на меня, натянул сапоги, и, заткнув за пояс кортик, вслед за Пауэрсом на цыпочках вышел из помещения в дверь.
"Что это они там делать собираются? - подумал я. - Ещё и то, что надо делать, пока я и Хью спим? Надо посмотреть, что там такое! Всё равно подглядывать мне не впервой".
Я поднялся со скамьи, и, не надевая обуви, тихонько прокрался к двери. Я выглянул из неё.
На внутреннем дворе, вокруг пепелища от костра, сидел кружок из людей. Я сразу заметил, что из команды "Молнии" здесь присутствуют только Сэм и Израиль Шелдоны, а вот команда "Чёрной Акулы", наоборот, практически вся в сборе.
Пауэрс и Каммингс тоже уселись в этот кружок. Тут же я услышал голос Хайга.
-Ну вот, наконец - то все собрались! - сказал он, набивая трубку табаком. - Нам надо решить один важный вопрос.