— Замолчите, — велела эльфийка и провела рукой по лицу мёртвой. Оно изменилось. — Всё ясно. Доротэя превратилась в Беатрису, используя простейшую оборотную магию.
— Мы можем идти? — поинтересовались стражники.
— Да, только с покойницей передайте её матери послание, — задумала интригу Еликонида. — Я сообщу, когда напишу его.
— Король осведомлён? — насупились воины.
— Он не должен ничего знать. Надеюсь, понятно? — с угрозой спросила эльфийка.
Стражи боялись её больше короля. Поэтому не возразили, хотя и смутились.
Эльфийка вернула покойнице внешность Беатрисы и ушла, придумав, как стравить вампиров и магов. «Эльвира устроит восстание на западе, которое истощит военные силы короля, — рассуждала она. — Это подорвёт его авторитет. Угрозами и подкупом я получу поддержку правящих семей Сноуколда. Обманом заставлю Сталия помогать. Когда всё будет готово, Эрнест убьёт короля, я взойду на трон и избавлюсь от сообщников».
Еликонида написала послание правительнице вампиров, положила к покойнице и позволила увезти гроб на запад. Гонцы в сопровождении стражников доставили его в тронный зал Крэвэлхолла. Эльвира обеспокоенно посмотрела на них.
— Как это понимать? — спросила она, сжав подлокотники чёрного трона.
— У нас недобрые вести, миледи, — поклонились вошедшие и открыли крышку гроба.
— Беатриса, дочка! — бросилась к покойнице Эльвира и упала перед ней на колени. — Мертва! Кто осмелился убить её?
Испугавшись, гонцы не вымолвили ни слова. Вампиры оскалились, представляя, как напьются их крови. Они рассчитывали вкусно полакомиться с дозволения правительницы.
Эльвира даже не взглянула на них. Она сорвала голос, пытаясь забыться в отчаянном крике. Боль разрывала её сердце, вопли душили. Если бы вампиры умели плакать, слёзы правительницы лились бы на мраморный пол.
Гладя мёртвую дочь по золотым волосам, Эльвира заметила тёмно-зелёный конверт. Дрожащими руками она открыла его и достала письмо. В нём некий «северный друг» сообщал, что Беатрису задушили по приказу короля. Вампирша не догадалась, от кого послание.
Ярость вспыхнула в её сердце, как огонь. Правительница поднялась с пола и, гордо посмотрев в глаза магам, приказала стражникам-вампирам:
— Отрубите гонцам головы. Воины Альтаира доставят их королю. Конечно, если не хотят лишиться собственных.
Вампиры схватили гонцов, отвели на плаху и обезглавили. Отрубленные головы они засмолили и, положив в сундук, отдали альтаирским стражникам. Воины короля покорно взяли его и поскакали на север. Вступать с схватку, находясь в меньшинстве на чужой территории, они не отважились.
Эльвира собрала совет самых влиятельных вампиров. В тёмной комнате за дубовым столом, вырезанном в виде карты мира, они обсуждали предстоящую войну с Вальтэрианом.
— Мы обязаны покарать короля за грехи и убийство Беатрисы, — объявила вампирша. — Доротэя пропала много лет назад, однако я уверена, он сгубил и её. Призываю вассалов поднять знамёна на битву! Оборотни присоединятся к нам. Их мало, но они жаждут отмщения, как и я.
— Слишком опасно, — возразил черноволосый вампир в голубом камзоле с красным рубином на пальце. — Воины Альтаира не проиграли ни одной битвы.
— Мы бессмертные, это важнее, лорд Вильгельм, — отрезала Эльвира. — Нападём на столицу, когда наступит праздник Мёртвых Душ, и на три дня мир погрузится во мрак. Без солнечного света маги окажутся дезориентированы. У нас появится преимущество.
— Прикажете готовить армию Бессмертных к бою? — спросил вампир в тёмно-зелёном сюртуке с белым жабо.
— Да, в следующее новолуние выступаем, — дала добро правительница.
— Объявлять войну не будем? — поинтересовался тот же вампир.
— Вальтэриан сам поймёт положение дел, увидев отрубленные головы послов, — встала из-за стола Эльвира.
— Самовлюблённый король не простит такого оскорбления, — прошёлся шёпот средь вампиров.
— Мне ни к чему его прощение! — воскликнула правительница запада. — Я хочу войны и смерти Вальтэриана сильнее, чем кто-либо.
— Значит, бойня, — пробормотал Вильгельм.
— Бойня — на скотном дворе, — возразила Эльвира Фаиэ. — Грядёт священная война, торжество правосудия!
Правительница махнула рукой, вампиры превратились в летучих мышей и улетели. Только лорд Виланд Фаиэ остался на месте, грустно смотря на карту Сноуколда. Он скорбел о смерти Беатрисы не меньше, чем её мать.
— Я не уберёг двоюродную внучку от беды, хотя сумел изобрести эликсир полёта, сделал почти невозможное! — сокрушался вампир. — Бедная Беатриса! За что ей наказание? Она была огнём в мрачных стенах Крэвэлхолла. Теперь он погас. Как мы будем без неё?