Принцесса почувствовала смятение Искры и применила поисковую магию. В руках её появился эфир. Он полетел в сторону спальни Астрид, ведя за собой Янину и баторию. Они вошли в нужную комнату, однако правительницы людей там не оказалось.
Принцесса разочарованно всплеснула руками. Хотя не удивилась. Колдовство не раз подводило её, ведь она не была сильной чародейкой. Чтобы усилить чары, Янина села на колени около батории и коснулась её рога рукой. Их магия соединилась, мощной волной энергии пронеслась по коридору и указала на покои Аваддона. Янина и Искра вбежали в них, застав лорда Соргаса задумчиво смотрящим на золотистые стены.
Вздрогнув, он перевёл взгляд на вошедших. Губы его озарила вымученная улыбка, в глазах появился живой огонёк. Аваддон обрадовался появлению принцессы. Она остановила его мучительные мысли о мести, любви, отцовской неприязни и собственной никчёмности.
— Вы чем-то встревожены, миледи? — надел маску непонимания демон. — Вас уже нашли?
— Даже не искали, — возмущенно ответила Янина. — Что вы сделали с Астрид?
— Ничего, — развёл руками Аваддон. — Я провёл её сюда, чтобы она спряталась, как того требуют правила игры. Чисто из вежливости, предложил вина. Она выпила, с непривычки захмелела и уснула. Всё в порядке, принцесса.
— Я отведу Астрид в её покои, — подошла к леди Мейрак Янина. — Ей здесь не место.
— Игра ещё не окончена, — напомнил демон.
— Окончена, — поправила принцесса. — Скажите гостям, что мы устали. Пусть ищут других.
Аваддон хмыкнул и отвернулся. Янина провела рукой по глазам Астрид, магия проникла под её веки, и леди Мейрак очнулась. Действие демонического зелья прекратилось.
— Что со мной? — поинтересовалась она.
— Вы выпили вина и вам захотелось спать, — влез в разговор Аваддон.
— Мне показалось, вы сказали… — начала говорить невеста короля и остановилась, не уверенная, что случившееся не приснилось.
— Вам померещилось, Астрид, — поспешил оправдаться демон. — После того, как вы испили вина, я ничего не говорил.
Леди Мейрак не стала спорить, убедив себя, что захмелевшее сознание обмануло её. Ведь сны с участием Аваддона снились ей с первого дня пребывания в Ландодоре. Чтобы не выставлять себя дурой и не оскорблять лорда Соргаса несуществующими обвинениями, она ушла из покоев, придерживаемая Яниной.
Леди Коллистрэйт, не подозревая об интригах сводного брата, направилась в свой кабинет поправить причёску после праздника в честь прибывших гостей.
На столе она заметила несколько новых указов. В них говорилось о повышении налогов в Ландодоре. Коллистрэйт понимала, что такое решение увеличит казну и разорит жителей. Увидев на бумагах свою подпись, она сразу поняла: Аваддон подделал её.
Демоница возмутилась его вмешательством в управление островом, агрессивно схватила бокал вина, осушила и тут же успокоилась. Она сочла, что брату виднее, как править. «Какая разница, кто подписывает указы? — легкомысленно подумала леди Соргас. — Важно, что корона у меня на голове. Остальное — пустяк».
Рассуждая так всякий раз, как Аваддон принимал решения без её ведома, Коллистрэйт не замечала, что власть в Ландодоре полностью перешла к нему. Она не хотела понимать действительность, воображая, что местная знать безусловно предана ей.
Устроив продолжение праздника на террасе, демоница забыла обо всех печалях. Она пила и веселилась, пока не заметила, как статуя сдвинулась с места. Леди тряхнула головой, прогнав наваждение. Вяло улыбнувшись, она начала болтать с фрейлиной. Слуги подали ей и другим лордам несколько блюд. Среди них были осьминоги, лобстеры и мидии. Коллистрэйт взяла тарелку, присмотрелась и выронила с диким криком. Ей померещилось, что осьминоги живые и смотрят на неё.
— Они ожили! — молвила она, указав трясущимися руками на разбитое блюдо. — Осьминог! Он ползёт на меня, тянет щупальца!
— Миледи, — обратился к ней стражник. — Вам почудилось.
Демоница трижды моргнула и посмотрела на тарелки. С недоумением она обнаружила, что он прав. Коллистрэйт повернулась к стражнику, как вдруг обнаружила вместо него чудовище с головой свиньи и телом краба.
— Спасите! — истерично завопила она, видя, что присутствующие один за другим превращаются в монстров с птичьими головами, человеческими телами и хвостами ящеров.
Леди Соргас обхватила голову руками, зажмурилась и простояла так несколько минут. С опаской открыв правый глаз, она увидела, что на неё удивлённо смотрят не чудовища, а высокородные лорды.
Аваддон, закончив разговаривать с Яниной и Астрид, пришёл на террасу к сестре и стал свидетелем её истерики. Предполагая подобную ситуацию, он не растерялся и шепнул придворному лекарю, что нужно делать.