— Похож на Каплю Жизни, — вспомнил изображение растения Боеслав и вытер вмиг вспотевшие руки. — Вы лучше отойдите. Мало ли что может случиться. Я попробую сорвать цветок.
Военачальник прикоснулся рукой к растению и резко отдёрнул её. Капля Жизни, загоревшись красным, выпустила шипы и порезала его ладонь.
— О, Четыре Стихии! — воскликнула Инна и, вынув из узелка зелье, обработала ему рану и перевязала.
— Занятно, — озадачено произнёс Ленор Фаиэ. — Теперь я попробую.
Он подошёл к цветку и осторожно взял за стебель. Не ощутив боли, вампир сорвал растение. Оно загорелось в его руках белым пламенем.
Боеслав, увидев это, понял, что рассказанное Инной о Капле Жизни — правда. Злому не дано завладеть цветком.
— Возвращаемся, — отдал приказ Ленор, спрятав волшебное растение в походную сумку. — Ингредиент для спасения Альтаира у нас!
Воины оседлали коней. Устин потрепал по волосам сына, расстроенного, что приключение закончилось. Вампир озадаченно оглядел всех, подошёл к Боеславу и тихо спросил:
— Что это было? Почему цветок тебе воспротивился?
— Не знаю, — буркнул военачальник. — Видимо, я где-то согрешил.
Не хотел он ругаться с другом, знал, что прошлое ссорами не изменишь. Поэтому смолчал о пособничестве Вальтэриану в грязных делах.
Расспросить его Ленор не успел. Земля загудела под снегом, будто проснувшийся вулкан. Сосны качнулись и упали корнями вниз, пронзив лесной покров сосульками. Лёд на середине реки треснул, и из-под него вылезли мавки в окружении мелкой пакостливой нечисти: чертей, бесов и упырей.
Черти — рогатые чёрные существа с копытами вместо рук и ног — отличались от бесов отсутствием крыльев и наличием хвоста. Как и все представители нечистой силы, они питались отрицательной энергией и любили помучить других жителей Сноуколда.
Упыри, шедшие за бесами, были разновидностью вампиров. Тело их разлагалось. Куски отваливающегося мяса оголяли кости. От них исходил жуткий смрад. Из-за этого упырей часто путали с ожившими мертвецами. Отличались они друг от друга лишь тем, что ожившие мертвецы вставали из могил по определённым причинам. Из-за аномального места, жажды мести, излишней скорби или незавершённого дела. Упыри же воскресали, потому что при жизни были укушены вампиром, но не инициированы. Они, в отличие от создателей, не пили кровь, а предпочитали поедать плоть магов, оборотней или людей. Многие из них служили вампирам или некромантам — колдунам, работающим с духами смерти. Эта деятельность вне закона. Но всё же подобные маги часто встречались, привлекая упырей.
Недалеко от них крутились мавки — зеленокожие девушки в платьях из водорослей. Ими становились утопленницы или мертворождённые дети, похороненные ненадлежащим образом. Из-за худобы и места обитания жители Сноуколда часто путали мавок с ундинами, наядами, сиренами, полёвками, болотницами и русалками. Отличались подводные девы друг от друга лишь способом появления.
Вместе с другими представителями нечисти мавки собрались вокруг альтаирцев с одной целью — забрать Каплю Жизни. Они нуждались в ней, ведь она могла даровать им огромную магическую силу, позволяющую больше вредить мирным жителям, питаясь их энергией, телами и страхом.
— Вы недостойны обретённого сокровища, — прокричали упыри, мавки, черти и бесы. — Сорванный цветок наш!
— Замолкните, нежить, — прикрикнул лорд Фаиэ. — Какое право вы имеете мешать воинам своего короля? Сгиньте и не показывайтесь! Развелось вас больше, чем змей в Хионфлоре. Законы нарушаете, бесчинствуете. Исчезните немедля!
Нечистая сила попятилась к деревьям. Не спеша уходить, она шипела, прячась за кустами, и грозила кулаком. Приблизиться не решалась.
— Жалкие существа, — презрительно фыркнул Боеслав. — Ни души нет, ни жизни нормальной. Таскаются по свету, да пакостят из злобы. Глупо даже обижаться на них.
Осуждающе посмотрев на нечисть, военачальник сел на коня, как вдруг тот взбесился и скинул его. К упавшему Боеславу подбежали Инна и Устин, желая помочь подняться. Ленор схватил строптивого коня под уздцы и гневно спросил у нежити:
— Ваши козни, твари пакостные? Ведомо мне, любите вы животных зачаровывать. Убирайтесь! Не то перерубит мой меч вашу нить жизни, полетят с вас головы!
Лорд Фаиэ, видя, что нечисть притихла, подошёл к Боеславу. Не считая синяков и небольшого ушиба на голове, с ним всё было в порядке. Однако вампир всё равно насторожился. Он заметил, что перевязанная рука друга начала вновь кровоточить.