Поднявшись с дивана, демон подошёл к шкафу и достал шкатулку, украшенную скарабеями и золотом. Открыв её, Аваддон достал камею с изображением Махаллат. До расставания с демоницей он носил её на груди. После перестал, устав мучиться от воспоминаний, вспыхивающих в сознании всякий раз, как камея холодила грудь.
— Лорд Аваддон, — поклонился привратник, оторвав правителя от размышлений.
— Чего тебе? — хмуро поинтересовался демон.
— В Ландодор прибыла леди Беатриса Фаиэ, — сообщил вратарь. — Она просит аудиенции с вашей сестрой.
— Сводной, — поправил Аваддон. — Я не бастард, не забывай об этом. Что касается нашей милой гостьи, я сам её встречу…
Демон коварно улыбнулся. Визит сбежавшей невесты сделал месть Вальтэриану интереснее.
Привратник поклонился, вернулся на пост и открыл врата ведьме, сказав:
— Прошу, миледи. Лорд Аваддон Соргас примет вас.
От упоминания демона Беатриса пошатнулась. Её ужасала мысль, что ей, лишённой магии, придётся встретиться с бывшим женихом. Леди вздохнула, мысленно успокаивая себя, гордо взглянула на стража и прошла через врата. От волнения она не обратила внимания ни на монументальность замка, ни на иноземные одежды его обитателей. Ведьма думала лишь о магии, которую потеряла. Она не желала видеться с Аваддоном, будучи столь беспомощной, однако иного выхода не было.
Оказавшись в центральном коридоре Эзмаэля, Беатриса усилием воли заставила себя не поддаваться апатии. Ведь в сердце вражеского замка, в логове Аваддона Соргаса, каждая мелочь требовала внимания и осторожности. Ведьма оглядывалась на стражей, прислушиваясь к скрипам и шорохам. Опасность мерещилась повсюду.
Стражи провели леди Беатрису в тронный зал. Во взгляде её мелькнуло удивление, когда она узрела на троне вместо Коллистрэйт Аваддона. Леди Фаиэ остановилась на значительном расстоянии от демона, не желая ступать ни шагу дальше. Подсознание предупреждало об опасности.
— Добро пожаловать! — воскликнул Аваддон. — Наконец вы почтили меня визитом, леди Фаиэ. В прошлый раз, на нашей свадьбе, вы так рано убежали, что мы не успели обменяться и парой фраз.
— Мне жаль, что вы оказались жертвой моего поступка, — произнесла Беатриса. — Мой демонстративный побег из-под венца был актом неповиновения королю, оскорблением его амбиций, не ваших. Я не хотела ставить вас в неловкое положение.
— Но поставили, — прервал демон. — Лучшие невесты Сноуколда отказали мне в женитьбе после нашей сорвавшейся свадьбы. Они заявили, что раз вы сочли меня недостойной партией, значит, так и есть.
— Сожалею, лорд Аваддон, — молвила ведьма. — Причины моего побега личного характера. Они не связаны с вами.
— Разумеется, не связаны, — с сарказмом проговорил Аваддон и закашлял, словно подавившись ядом, которым были пропитаны его слова. — Главная причина вашего побега в том, что я не король! Бесит, что все, включая отца, сравнивают меня с Вальтэрианом!
— Я не намерена обсуждать ваши комплексы, — холодно произнесла Беатриса. — Где леди Янина Колд и леди Астрид Мейрак?
— Они мои почётные гостьи, — склонил голову на бок Аваддон, подавив эмоции. — На их корабле образовалась пробоина из-за столкновения с подводным чудовищем. Пока Победу чинят, леди живут здесь.
— Аваддон, — приблизилась к трону Беатриса, страх в её глазах сменился гневом, — нападение монстра на корабль — ваших рук дело и не смейте отрицать. Не знаю, что вы задумали, но я сорву ваши планы. Вы не причините зло ни Янине, ни Астрид. Пока Победа не будет починена, я останусь в Ландодоре.
— Вы не представляете, как я рад, что вы погостите у меня, — улыбнулся демон.
— Фальшь разъедает ваши слова. Не думайте, что поймали меня в ловушку. Я могу за себя постоять, и ваша задумка мне ясна.
— Мне тоже кое-что ясно, — хмыкнул лорд Соргас. — В Хионфлоре вы лишились магии. Не так ли? Мои осведомители работают превосходно. Поэтому советую не угрожать. Если я захочу, вы здесь и сейчас получите по заслугам. Вы заслужили вечный позор за то, что я по вашей милости испытал на своей шкуре. Мои сородичи, демоны, смеялись надо мной, узнав, что я не смог удержать женщину у алтаря. В отличие от меня, они не ведали, что вы сумасшедшая, одержимая королём.
— Я им не одержима. Моё сумасшествие заключается только в желании защитить близких. Ради этого я готова пойти на самые безумные меры.
— Я тоже готов на всё, чтобы защитить себя и свою честь. Не зря девиз моего рода: «Жаля ядом, защищаемся».
— Замечательный девиз, только вы забыли, что яд и огонь уже в моей крови, — сказала Беатриса и наклонила голову в знак прощания.