Под вечер леди Беатриса надела красное платье в вампирском стиле и дополнила его длинными рубиновыми серёжками, колье и парой перстней. После она украсила шёрстку батории заколками и мягкой красно-жёлтой накидкой.
Ведьма не собиралась танцевать, вызывая зависть у леди и желание у лордов. Её единственной целью был разговор с Коллистрэйт Соргас. Она хотела привлечь правительницу Ландодора на свою сторону и расспросить о деятельности Аваддона в Верхнем мире.
Янина Колд ворвалась к леди Фаиэ, подобно снежной буре. Её аккуратные бриллиантовые серьги звенели, как ударяющееся о землю сосульки. Шлейф нежно-розового платья стелился по полу, словно снежные хлопья. Страх портил образ принцессы, делая румянец на щеках бледнее, а блеск в глазах тусклее.
— Беатриса, — обратилась к подруге Янина. — Извини, что ворвалась без стука. Под утро мне приснился ужасный сон… Я ждала, когда ты проснёшься, дрожа, точно снежинка на ветру. Боюсь, мой брат в опасности.
— Расскажите, что вам приснилось? — вопрошала ведьма, скрывая страх, иглами впившийся в кожу.
— Сначала я увидела здорового, почти счастливого Вальтэриана, — протараторила принцесса. — Он улыбался, стоя на поляне под луной. Во сне меня не смутило, что брат полностью состоит изо льда. Как только взошло солнце, Вальтэр закричал от боли начал таять, медленно превращаясь в воду.
— Думаете, сон пророческий? — засомневалась Беатриса, скептически изогнув тонкую бровь. — Мне ничего подобного не снилось.
— Сон похож на рассказ сумасшедшего, однако… Я боюсь за Вальтэриана. Он в Зимней Розе совсем один.
— Король всегда умел защищаться. В его способностях уничтожать неугодных я не сомневаюсь.
— Во сне я видела брата беспомощным. Его лицо, высеченное изо льда, покрывала гниющая ткань. Она то появлялась, то исчезала.
— Когда я приезжала в Зимнюю Розу, там всё было в порядке, — произнесла Беатриса, успокаивая подругу. — Вам приснился обыкновенный кошмар. Вы ведь впервые находитесь далеко от дома. Поверьте, Вальтэриан справится с проблемами, если они возникнут. Нам нужно думать не о нём, а об интригах Аваддона.
— Ты права, — вздохнула принцесса. — Что может случиться с моим хитроумным братом? Он ловок и силён. Его охраняют лучшие воины. Боеслав и Ленор с ним. Я зря переживаю.
Ведьма улыбнулась и, взяв Искру на руки, отправилась на бал. Принцесса пошла с ней. Проходя через многочисленные коридоры, они продолжали говорить. Беатрисе вдруг показалось, что сон Янины — не плод уставшего разума. Она поверила её дурному предчувствию, хотя рационально объяснить его не могла. «С утра меня одолевала головная боль, слабость и тошнота, — думала ведьма. — Но мне казалось, будто это происходит не со мной. Неужели Вальтэриан болен и я, имея с ним энергетическую связь, чувствую его боль на себе? Такое ведь раньше случалось». Не будучи уверенной в своём выводе, Беатриса не стала рассказывать об утреннем самочувствии впечатлительной принцессе.
Как только леди вышли в сад, их окутал запах пряностей. На столах стояло шампанское, шоколадный торт размером со взрослого мага и салаты. Подальше от столов находились клетчатый паркет для танцев и ложа музыкантов, исполняющих лучшие композиции востока. Знатные лорды толпились около них.
Леди Коллистрэйт Соргас сидела на диване подальше от толпы и сонно смотрела на лордов. Возле неё бегала маленькая обезьянка с золотым ошейником и топорщил хвост оранжевый павлин.
Правительница Ландодора предпочитала являться на празднества в демоническом облике, унаследованном от отца. Однако сегодня у неё не хватило сил принять его, потому она предстала в человеческом.
Спутанные волосы демоницы неопрятно топорщились. Было видно, что она не причёсывала их неделю. Жёлтое платье, открывающее плечи, сползло и напоминало мешок. Только золотое украшение в носу в виде скорпиона придавало облику Коллистрэйт сияние и подчёркивало статус.
На кресле возле демоницы восседал её сводный брат, держа в руке бокал шампанского. Сегодня он был в облике человека, не желая пугать Астрид крыльями и рогами. Стремясь ей понравиться, Аваддон надел золотой жилет, распахнутый на груди, и чёрные штаны с золотыми вставками. Наряд поблёскивал в свете звёзд и был похож на переливающиеся кристаллы.
Астрид Мейрак сидела близко к Коллистрэйт. При попытке Аваддона завести разговор она кратко отвечала, показывая всем видом, что не желает углублять беседу. Одета леди была в лёгкое фиолетово платье. В ушах её виднелись золотые серьги, а на руках пять изысканных колец.
Когда на танцевальном вечере появились Янина и Беатриса, Астрид встала, чтобы подойти к ним. Аваддон взял её за руку, удерживая на месте, и воскликнул: