Изнемогая от сонливости, подпитываемая лишь гневом, она подошла к брату, стоящему у стола с шампанским. Он беседовал с другими лордами и явно не собирался отвлекаться.
— Брат, нам нужно поговорить, — настойчиво сказала леди Соргас.
Аваддон нехотя повернулся.
— Что-то случилось? — вопрошал он, смотря, как пузырьки шампанского поднимаются к краю бокала.
— Да, случилось! — воскликнула демоница. — Ты все эти годы принимал меня за дуру. Ты забрал моё здоровье, выставил меня никчёмной правительницей и теперь хочешь отнять мой трон! Ты калечил меня годами! Я думала, что схожу с ума!
— Коллистрэйт, ты лишнего выпила, — проворчал демон. — Зачем устраивать глупые ссоры при посторонних?
— Я не пьяница, а правительница Ландодора! — заявила Коллистрэйт. — Запомни это, брат. Я устала от твоих игр. Чего ты хочешь от меня. Силы? Власти? Отомстить с помощью меня другим?
— Тебе нужно отдохнуть, — мрачно изрёк Аваддон.
— Я не устала. Скоро тебе вовсе не придётся думать о моём здоровье. Мне станет лучше, когда я перестану принимать гадкие лекарства твоих лекарей! Убирайся отсюда. Я не желаю тебя видеть!
— Что ты говоришь, сестра?
— Сестра? Ты никогда меня не называл так. Если и говорил, то делал это с таким пренебрежением, что лучше бы молчал.
— Не время выяснять отношения, — сказал лорд Соргас. Назойливые взгляды окружающих его напрягали. — Вокруг лорды. Не позорь себя.
— Это ты позоришь себя и меня. Указ о повышении налогов, который ты заставил меня подписать, оказался самым глупым указом за всю историю Сноуколда. Если налоги возрастут, подданные сметут нас. Позор тебе! Твоё желание отомстить королю смешно. Ты не думаешь, как противостояние с ним отразится на наших подданных? Глупец! Я не допущу больше твоего произвола. Сейчас же убирайся!
— Ещё не осознала, что настоящая власть в Ландодоре принадлежит мне? — улыбнулся Аваддон. — Не трать силы на крик, Коллистрэйт. И радуйся, что сегодня я добр и не настроен отвечать на твою грубость своей, более ужасной.
— Стража, схватить его! — распорядилась демоница, однако воины не двинулись с места. — Я приказываю!
— Никто не станет тебя слушать, — пояснил демон. — Я здесь главный. Возвращайся в свои покои и не порть собравшимся праздник.
— И не подумаю, — воспротивилась Коллистрэйт, хотя знала, что сил бороться с братом у неё нет. Одно его слово — и её отправят в монастырь или отлучат от трона, что милосерднее.
— В таком случае, сама виновата, — сказал Аваддон. — Стража, заприте леди Коллистрэйт. На совете я решу, как поступить с ней. Управлять она, как видите, не способна из-за прогрессирующего сумасшествия.
Воины схватили правительницу и потащили ко входу в замок.
Она вырывалась, но откинуть их не могла. Организм, ослабленный отравой и галлюциногенами, не был способен защищаться.
— Вы не имеете права! — кричала демоница. — Я ваша правительница! Я, не Аваддон! Отпустите!
Воины не послушали. Они понимали, что на стороне Аваддона большинство ландодорской знати. Видя, чем закончилась ссора, Янина и Беатриса поспешили вступиться за леди Соргас.
— Аваддон, как вы смеете? — воскликнула ведьма. — Коллистрэйт ваша сестра и правитель! На каком основании вы свергаете её?
— Она больна, — заявил демон. — Коллистрэйт не ведает, что творит. Оставлять душевнобольную женщину у власти опасно. Полагаю, все со мной согласны.
— Вы отравили её, не отпирайтесь, — уверенно произнесла Беатриса, привлекая внимание восточных лордов.
— У вас нет доказательств, — развёл руки Аваддон.
— Они будут, когда король узнает о случившемся, — заверила Янина, желая испугать демона, хотя знала, что связаться с братом у неё нет возможности. Письмо отправить Аваддон не позволит, уплыть на Победе тоже, а телепатией она не владеет. — Мой брат ценит семейные узы. Он заставит допросить всех лекарей в замке. Если леди Соргас травили, мы узнаем.
— Оснований устраивать в Эзмаэле проверку у Его Величества нет, — стараясь не показывать злость, проговорил лорд Соргас. — Законы я не нарушал. Восстания не устраивал. Вас принял с почётом и уважением, надеясь на такое же отношение ко мне.
— Вы угрожали моей подруге! — воскликнула принцесса.
— Я лишь напомнил, что леди Фаиэ нанесла мне большую обиду, — любезно возразил Аваддон. — Вы неправильно поняли мои слова. Уверен, наш милостивый король во всём бы разобрался. Жаль только, он болен.
— Как болен? — переспросила Янина.
— Вы не знали? — наигранно удивился демон. — Весь Сноуколд твердит, что король умирает, а его приемник до сих пор не назначен.