— В твоей власти справиться со всеми врагами. Нет в мире колдуна сильнее тебя. Страх мешает тебе разорвать контракт с Матильдой Граффиас или нужен дополнительный стимул? Я готова его дать. Разреши принцессе выйти за любимого, и я исполню любое твоё желание. Любое, Вальтэр…
— Если я прикажу тебе выйти замуж, а после изменять мужу со мной, согласишься? — нахально поинтересовался король. — А если я попрошу нечто более омерзительное?
— Я соглашусь на всё.
— Стоп, — сказал Вальтэриан, понимая, что она не шутит. — Мне приятно, что ты хорошо относишься к моей сестре. Но всё же это перебор. Я не позволю ей выйти за эльфа. Ничто не вынудит меня изменить решение.
— Уверен? — Беатриса потянула одну из верёвок на корсете, и шёлковое платье соскользнуло с плеч.
Оно упало на ледяные ступени, обнажив ведьму. Без платья она стала беззащитной перед королём и холодом, не покидающим тронный зал даже летом.
Вальтэриан посмотрел на пурпурное одеяние, лежащее у ног ведьмы, и направил взгляд выше. Нательная рубашка Беатрисы из полупрозрачной ткани подчёркивала соблазнительные изгибы тела, упругую грудь и стройные ноги. Золотистые волосы ведьмы волнами спадали на плечи и прикрывали спину, не мешая королю наслаждаться видом.
Голубые глаза Вальтэриана, полные удивления, смешанного с похотью, встретились с карими глазами Беатрисы. Оценивающий взор не смутил ведьму. Она выдержала его с величием, присущим всем Фаиэ. Первым сдался король.
— Ты предлагаешь мне… — неуверенно начал он. Дыхание сбилось, выдавая неспособность сдержать эмоции.
— Да, Ваше Величество, — поняла без слов ведьма и поднялась на три ступени, став ближе к Вальтэриану. Она прикрыла глаза, ожидая его действий со страхом и томлением, как много лет назад.
— Беатриса, я… — запнулся король, по-прежнему не понимая, что происходит.
— Тебе помочь? — игриво поинтересовалась ведьма, расстёгивая королевский камзол. — Или желаешь чего-то иного?
Хитро улыбнувшись, Беатриса опустилась на колени перед Вальтэрианом и принялась расстёгивать его ремень.
— Довольно, — король вскочил с трона, ощущая жар, разливающийся по телу. — Представление затянулось!
— Что не так, Вальтэр? — спросила ведьма.
— Свадьба Янины и ублюдка Граффиасов не моя блажь, а необходимость, — ответил Вальтэриан, тяжело дыша. — Моя обязанность как короля — принимать решения во благо мира, а не своего либидо. Не испытывай моё терпение. Уходи.
Беатриса замерла. Она не ожидала отказ Вальтэриана. Ведь раньше он взял бы её, не задумываясь. Предлагая себя, ведьма боялась, что король воспользуется ей, а Янине с Лавриалем не поможет. Однако он сумел удивить.
— Неужели всё настолько серьёзно в конфликте с оборотнями? — вопрошала Беатриса.
— Да, — ответил король. — Иди.
Ведьма устремила на него взгляд, полный недоверия. Убедившись, что Вальтэриан говорит всерьёз, она опустилась на пол, прикрыв грудь рукой, и надела платье. Не став зашнуровывать его, Беатриса выбежала из тронного зала.
Вальтэриан, услышав звук хлопнувшей двери, подумал: «Не могу понять Беатрису. Она то убегает от меня, то… Надеюсь, Беатриса не обиделась? Принять её предложение я всё равно не могу. Может, нужно было взять её на ступеньках трона проста ради удовольствия?» От этой мысли король лукаво усмехнулся. «Почему бы и нет?» — решил он и переместился в покои леди Фаиэ. Взяв её за руку, король телепортировался в тронный зал.
— Что ты…? — не успела договорить ведьма, как оказалась прижата к холодным ступенькам трона.
— Строить из себя порядочного мужчину — не моё амплуа, — проговорил Вальтэриан, срывая с неё платье.
Возмущённый возглас Беатрисы он прервал поцелуем. Она ответила, поддавшись желанию, которое сдерживала с тех пор, как король предал её. Забыв об обиде, ведьма сняла с него верхнюю часть камзола и ремень. Не глядя, она кинула их в сторону трона, где лежало её пурпурное платье. Король стянул с себя оставшуюся одежду и набросился на Беатрису, шепча на ухо ласковые слова и не замечая, что она не понимает его, ведь в пылу желания он перешёл на змеиный язык.
Увидев обнажённого Вальтэриана, ведьма убедилась, что он не изменился за годы разлуки. Король, как прежде, был хорошо сложен и в меру худощав. Глаза не потеряли бездонной голубизны. Скулы были всё так же выразительны, а серебряные волосы мягки и шелковисты. Внутри Вальтэриана полыхало пламя страсти, однако снаружи кожа была холодной и аристократически белой.