Состязание магов
Очнувшись, Беатриса протёрла слипшиеся ресницы и села на кровати. Хаос царил в сознании, мешая вспомнить прошедший день. В теле не чувствовалось силы. Оно казалось чужим и неимоверно тяжёлым. Зато в груди зародилось тепло. Ведьма сразу распознала, что является его источником. Встрепенувшись от радостного предчувствия, она вытянула ладонь и представила, как из неё появляется пламя. В ту же секунду желание исполнилось. Магия пробежала по венам и вырвалась на волю в виде огня. Беатриса хлопнула в ладоши, засмеявшись. Сил в теле прибавилось от осознания, что утраченный дар вернулся.
Брови ведьмы поднялись, стоило ей понять, что возвращение колдовской силы — следствие ночи, проведённой с королём. Частица магии Вальтэриана передалась Беатрисе через его семя и пробудила её дар. От мысли об этом щёки ведьмы заалели. Она смущённо потупила взор, хотя знала, что во время соития ведьм и колдунов становятся едиными не только тела, но и души. Это позволяет обмениваться энергией и насыщать друг друга колдовской силой.
Встав с постели, Беатриса разгладила складки платья и, придерживая шлейф, закружилась. Энергия переполняла её. Хотелось бегать, колдовать, поцелуями благодарить Вальтэриана за вернувшуюся магию.
Столкнувшись с Яниной, ведьма вскрикнула. Она упустила её приход. Батория, услышав голос хозяйки, проснулась и подбежала к вошедшей, виляя золотистым хвостом.
— Доброе утро! Как ты? — спросила принцесса.
— Магия вернулась, — создала в руке огонь Беатриса.
— Замечательно, — похлопала Янина. — Боль в животе не беспокоит? Порошок, который ты выпила, мог убить тебя! Зачем было рисковать? Я и брат обрадовались бы появлению на свет ещё одного Колда. Вальтэриан расстроился, узнав, что ребёнок от него тебе не нужен.
— Какой порошок? — не поняла ведьма. — И о каком ребёнке вы говорите?
— Подожди… Ты не знаешь?
— Нет, Янина. Объясните, я начинаю беспокоиться.
— Лекарь сказал, ты приняла препарат, который должен был убить ребёнка в твоём чреве. Но ты не оказалась беременной, поэтому пострадала сама.
— Я ничего не принимала!
— Думаешь, Альбин ошибся?
— Он не ошибается. Полагаю, кто-то из лордов не хочет, чтобы у короля родились наследники. Отравитель, вероятно, решил, что я забеременела и попытался избавиться от ребёнка до его рождения.
— Беатриса, не мучай себя догадками. Выпей снадобье и отдохни. Лекарь сказал принимать раз в день. Другие лекарства принесут служанки.
Принцесса указала на тумбочку, полную склянок с целебными настойками, и сочувственно вздохнула. Ведьма выпила зелье из стеклянного сосуда и села на софу, массируя пульсирующие виски.
— Кто мог сделать это со мной? — вопрошала она, гневно хмурясь. — Подлец, осмелившийся навредить мне, мог убить моего ребёнка, если бы я забеременела! Я не могу простить подобное! Кто после Вальтэриана должен взойти на трон?
— По праву крови я следующая, — пояснила Янина. — Но так как женщину вряд ли допустят к власти, трон займёт Норд или Иувеналий.
— Норд — сын опального брата Зигфрида, — задумалась Беатриса. — Известен пристрастием к наркотикам, посещением борделей и вздорным характером…
— Ты же не думаешь, что мой кузен способен на убийство ребёнка? — испытующе посмотрела на подругу принцесса. — Я знаю Норда и Нору с детства. Они не осмелились бы интриговать.
— Про Нору я не говорю, — вздохнула ведьма. — У неё на уме только наряды и сплетни. А Норд мог бы претендовать на престол. Себялюбие в нём сочетается с жаждой славы и равнодушием. Хладнокровия Колдов ему хватило бы, чтобы подсыпать мне отраву.
— Твои слова меня огорчают! — возмутилась Янина. — Если тебя послушать, кажется, будто мои родные — главные злодеи в Сноуколде! Тётю Еликониду ты называешь убийцей моей матери, Вальтэриану приписываешь убийства невест. Норд теперь тебе тоже не нравится. Интересно, когда ты меня в выдуманном преступлении уличишь?
— Не драматизируйте, — вздрогнула Беатриса. — Я лишь хочу защитить себя и вас от врагов.
— А кто тебе враг? — негодовала принцесса. — Вальтэриан, которого ты считаешь воплощением коварства, что, впрочем, не мешает тебе делить с ним ложе, или Астрид, которой ты помогаешь, но называешь вздорной девицей, не заслуживающей трона?
— С королём у меня сложные отношения. Вы правы. Однако про Астрид я плохого не говорила.
— Но думала. Ведь так? Её сложно не осуждать.
— Что с вами сегодня, Ваше Высочество? — удивилась Беатриса, впервые услышав гневные речи от Янины.
— Прости, — выдохнула принцесса. — Я не должна тебя обвинять. Знаю, ты не враг моей семье.