— Семья Беатрисы отправила меня в гроб на месяцы! — воскликнула эльфийка.
— Вам повезло, — ухмыльнулся король. — В столице бушевала метоза. Я заболел, когда изобретал зелье для лечения подданных. Аваддон Соргас воспользовался этим и хотел свергнуть меня с трона. Я одолел его, но убивать не стал. Он всего лишь закомплексованный слабый мальчишка. Мне не по статусу тягаться с ним.
— Что ещё я пропустила? — напряглась Еликонида.
— Мне пришлось заключить союз с оборотнями, — молвил Вальтэриан. — Я пообещал Янину в жёны лорду Конану Граффиасу. Сейчас она в Бекруксе. Полагаю, скоро свадьба.
— Рассудок потерял? — вскочила эльфийка. — Отдать сестру врагам способен только безумец! Ты не король, а грязный сводник. Я не допущу свадьбы Янины с оборотнем. Нельзя смешивать кровь мага с кровью зверей!
— Тётя! — рявкнул король. — Довольно. Я не заставлял сестру уезжать. Она сама приняла решение, и оно верное.
— Ты заставил её, — металась по комнате Еликонида. — Почему у нас в королевстве всё добровольно-принудительно? Янина, бедная девочка… Ты идиот! Долго я спала… Пропустила всё. Как твоя пассия из Штормгрота?
— Астрид, похоже, выполнила третье задание, — проворчал Вальтэриан.
— Молодец, племянник, доигрался! — всплеснула руками эльфийка. — Бездарной королевы нам сильно не хватало.
— Ваши уста сочатся ядом, — прошипел король. — Не успели выплеснуть его на ком-то другом? Точно. Вы же спали!
— Замолчи, — ударила рукой спинку стула Еликонида. — Ты хоть получал письма от сестры? Как она?
— Всё с ней хорошо! — отмахнулся Вальтэриан. — Янина пишет мне каждый день.
— Уверен, что она, а не Матильда? — изогнула бровь эльфийка.
— Что я, по-вашему, почерк сестры не знаю? — огрызнулся король.
— А энергетика письма как у принцессы? — выпытывала Еликонида.
— Аура Янины изменилась, — почесал затылок Вальтэриан. — Это говорит о переменах в её жизни. Будущее замужество, новые впечатления…
— Ладно, — смягчилась эльфийка. — Рада тебя видеть, Вальтэр. Скоро в Сноуколде всё станет как прежде. Я прослежу за Астрид и оборотнями.
— Только не переусердствуйте, — усмешка исказила лицо короля. Ему не нравилось, когда вмешиваются в его дела.
— У меня просьба, — вытянулась Еликонида. — Сожги остров Чен Фыра на юге. Я потеряла много энергии, сражаясь с чудищами во снах. Мне не под силу.
— В чём смысл? — удивился Вальтэриан. — Там живут глупые отшельники. Они не опасны.
— Сделай, как я сказала, — прошипела эльфийка.
Король прикусил нижнюю губу и сосредоточился. Представил синее пламя, пожирающее стариков и старух. Услышал крики, треск огня и грохот падающих домов.
— Остров полыхает, — сцепил руки в замок Вальтэриан. — Расстояние колдовству моему не помеха.
— Чудно, — оскалилась Еликонида, наслаждаясь местью. — Островитяне убивали детей, чтобы те не выросли и не захотели перемен.
— Они дикари, — равнодушно пожал плечами король. — Отдыхайте.
Эльфийка кивнула ему вслед и достала из шкафа изумрудный кулон в форме кинжала. «Я собиралась подарить его дочери, — провела она отросшим ногтем по камню. — Если бы её не убили в младенчестве, в моей жизни появился бы светлый лучик. Мама обрекла на смерть моего ребёнка, чтобы сохранить мнимую честь семьи и не помешать Селене править вместе с Зигфридом. Ненавижу чёртовых лицемерок!»
Еликонида сжала кулон. Он треснул, но не раскололся. Капельки крови вытекли из порезанной ладони. Эльфийка убрала кулон в шкаф и плотно закрыла дверцу, чтобы о её секрете не узнали подданные.
Взяв со стола документы, она легла на кровать, желая ознакомиться с ними и не заметила, как заснула, убаюканная свирепым воем метели.
К полуночи небо почернело. Хлынул дождь, оставляя вмятины на сугробах. Молния ударила в окно Зимней Розы. Еликонида ощутила ветер, дующий с открытого балкона, и встала, чтобы закрыть дверь. В вихре развевающихся штор она узрела призрак сестры.
Селена Снэик-Колд стояла в центре балкона. Густые чёрные волосы тянулись до земли, соприкасаясь с тёмно-синим платьем. Полумесяц в короне зловеще сверкал, отражая удары молнии.
— Не смей трогать моего сына, — сказала она. — Пожалеешь. Ты потеряла полжизни, пока спала. Бойся потерять оставшуюся половину. Она ценнее мести и власти.
— Прежде ты считала по-другому! — воскликнула эльфийка. Щёки её заполыхали от ненависти к сестре. — Ты отняла у меня всё. Из-за тебя убили мою дочь.