— С радостью, — согласилась Янина.
— Поехали, — встала Цефасия. — В логове шакалов, именующих себя волками, нам делать нечего. Не то чтобы я не любила здешних лордов, просто все они заядлые женоненавистники, погрязшие в комплексах и стереотипах.
Принцесса и леди Шор сели в карету и выехали на грязные улицы Бекрукса. Примитивные скалообразные здания с вырубленными окнами и острыми выступающими балконами угрюмо торчали из песка. Жители бродили между клумб кактусов как неприкаянные мертвецы. Шкуры убитых животных скрывали их измождённые тела. Богачи, одетые в дорогие меха и парчу, встречались редко и в сопровождении стражи.
— Страшно представить, на что похожи далёкие от столицы деревни и сёла, — прошептала Янина. — Война привела королевство к упадку?
— Не только, — сказала Цефасия. — Большинство оборотней презирают науку и магию. Поэтому долгие годы Бекрукс не развивался. Юг бы вымер, если бы послы Вальтэриана не передали из Альтаира изобретения, позволяющие добывать полезные ископаемые.
— Без помощи магов оборотни не могли их создать? — поинтересовалась принцесса.
— Почти все мои соплеменники не обучены грамоте, — призналась леди Шор. — Мы в долгу у магов. Однако это не мешает некоторым варварам настороженно относиться к просветителям из Альтаира. Не пришёл тот, кто одной доброй волей показал бы им путь, далёкий от насилия и невежества.
— Пришёл, — улыбнулась Янина.
Карета подъехала к макфу. На крыше, оплетённой вьюнком, развевались зелёные и коричневые флаги. Фасад украшал герб Шоров — алмаз на лиловом фоне.
Стоило леди Шор и принцессе пересечь порог, их окружили нуждающиеся. Они тянули к ним грязные руки, покрытые язвами. Плакали, просили еды. Запах нечистот преследовал бедняков.
Янина вдыхала аромат цветочных духов, оставшийся на запястьях, и думала, как сбежать. Ей казалось, что десятки тощих загорелых рук разорвут её. Цефасия оставалась спокойной.
С верхних этажей спустились стражники и оттеснили толпу. За ними появились слуги с сундуками в руках.
— Сейчас мы накормим вас, — обратилась леди Шор к беднякам и достала из сундуков буханки хлеба. — Становитесь в очередь.
Оборотни выстроились в линию и устремили взгляды на еду. Стражники принялись ходить вокруг них, следя за порядком.
Янине стало неловко, что туфли её в разы дороже пожертвований. Она отвернулась от леди Шор. Неприятно было смотреть, как бедняки унижаются перед богачкой, которая добывает алмазы на их земле, но не делится с ними, как восхваляют её с ненавистью в глазах, выпрашивая кусок хлеба.
— Жители Бекрукса! — воскликнула принцесса. — Я не ведала, что ваши тяготы настолько ужасны. В Альтаире бедняки редкость. Простите за незнание. Обещаю, скоро вы перестанете голодать! Я использую все средства, всё влияние, чтобы в Бекруксе увеличилось число благотворительных домов и приютов. Я, леди Янина Колд, клянусь позаботиться о вас.
— Все лорды что-то обещают, чтобы мы не бунтовали! — крикнул тощий оборотень в конце очереди. — Кидают подачку народу, как кость собаке, и требуют покорности.
Стражник обнажил меч и направился к нему.
— Не нападайте, — остановила воина принцесса.
— Лорды презирают нас! — выкрикнула сгорбленная старуха, выхватив у Цефасии буханку хлеба. — Хотите заставить нас работать на полях и в шахтах до обморока? Хотите собирать непомерный налог? Тогда любезности не ждите!
— Ваше недоверие мне ясно, — миролюбиво произнесла Янина. — Но не сравнивайте меня с другими лордами. Я не они! Вы считаете меня чужой и вините во всех бедах мою семью. Напрасно. Я помогу вам. Бекрукс перестанет отставать от других королевств! Настанет день, и вам не придётся просить милостыню.
Голубые честные глаза принцессы с кристаллами застывших слёз пробудили в огрубевших сердцах оборотней что-то давно умершее. Ореол света, окружающий Янину, ослепил их. На тонком уровне бедняки ощутили: она не лжёт.
— Слава Янине Колд! — проскандировали они. — Слава принцессе мира!
Янина положила руку на сердце, сдержанно улыбаясь, и перевела взгляд на Цефасию.
— Молодец, — прошептала леди Шор. — Я ожидала от тебя нечто подобное. Ты хорошая правительница. Мне тоже искренне жаль бедняков. Однако помни, они неблагодарны. С каждым разом требуют больше, будто ты им обязана помогать.
Принцесса молча подала хлеб следующему в очереди. Оборотни оживились, спеша получить угощение. Сундуки вскоре опустели. Одному бедняку не досталось еды. Он побрёл к выходу, но Янина остановила его и подарила браслет.
— Благородный поступок, — оценила Цефасия, оставшись наедине с принцессой. — Сумеет ли бедняк распорядиться твоим даром? Рождённые в нищете не способны правильно использовать даже малую часть средств… Вероятно, браслет у него отберут. Бедняк заплатит за владение им не деньгами, а жизнью. Твоя щедрость меня умиляет, дорогуша. Но тот, кто желает добра, может нанести больший вред, чем тот, кто желает зла.