Песни фрейлин и чашка горячего травяного чая не успокоили её. Принцессу трясло. Мерещились глаза жениха, переполненные яростью. Надежда улучшить Бекрукс покидала ее.
Выпроводив фрейлин, Янина постаралась уснуть. Она ворочалась, вздрагивала от шума за окном. Кровать скрипела, как дверь в заброшенной хижине. Сон принцессы прерывался и не приносил ничего, кроме большего страха.
Снилась гора окровавленных оленей посреди зимнего леса. Янина стояла перед ней в тонком ситцевом платье. Босыми ногами ощущала снег. С рук её стекала кровь животных.
— Ты не спасла нам жизнь, — прозвучал голос из головы мёртвого оленя.
Она оторвалась от тела и покатилась к принцессе, оставляя за собой красную дорожку.
— Бойся! — каркнул в небе ворлан и упал в сугроб.
Снежинки сыпались на Янину. Острыми краями резали её нежную кожу, окрашивая снег в красный. Принцесса не шевелилась, скованная страхом и холодом. Посиневшими губами беззвучно шептала молитву.
За корявыми деревьями ходили мертвецы. Ветер играл на их рёбрах, как на скрипке.
— Мы умерли от голода, — пели они. — Хлеба не было. Мы съедим тебя вместо него. Плакали детишки. Болели животы. Боль их мы познали. Познаешь и ты.
Янина издала беззвучный крик. Страх погнал её вглубь леса. Замёрзшие ноги не слушались. Она падала в сугробы, вставала и снова падала. Мимо бродили мертвецы. Тянули к ней крючковатые пальцы. Их дырявые одежды трепал ветер.
— Лгунья! — кричали они. — Ты предала нас. Смерть сестре безжалостного короля! Смерть! Смерть!
Принцесса проснулась. Ледяной шар вырвался из её ладоней, попал в стену и разбился.
— Миледи, на вас напали? — вбежали в комнату фрейлины.
— Сон плохой приснился, — сбивчиво поведала Янина. — Принесите, пожалуйста, холодного молока.
Две фрейлины убежали исполнять приказ. Оставшиеся распахнули шторы. Принцесса закрылась рукавом от солнца. Приснившиеся кошмары отпечатались на её лице болезненной бледностью.
— Вам помочь одеться? — спросили фрейлины.
— Я сама, — отказалась Янина.
Она надела голубое платье, подвязав коричневым поясом, и пришла в зал для трапез. Знатные леди обступили её. Громкий смех и восхищённые взгляды смутили принцессу.
— Миледи, — обратилась к ней оборотниха в пышном платье с мехом на воротнике. — Леди Цефасия Шор много рассказывала о вас. Вы правда разделяете наши взгляды на благотворительность и равноправие?
— Да, — вымолвила Янина, лишь бы от неё отстали. — Равенство должно быть не только между мужчиной и женщиной, но и между представителями разных сословий.
— Не могу представить, что когда-нибудь в Бекруксе сын пекаря добьётся большего, чем сын герцога, — заверещала леди раздражающе-громко. — Местничество мне привычнее. Но ваше мнение занятное. Обязательно расскажу подружке. Она…
— Я слышала от любовника, участвовавшего в охоте, что вы отлично стреляете, — перебила её другая оборотниха.
— Не горжусь этим, — сказала принцесса, думая, как уйти от назойливых леди. — Убийство животных — преступление.
— Прекрасно быть принцессой, охотницей и философом одновременно! — восхитилась собеседница. — Вам повезло, вы вольны выбирать свою роль. А нам мужья запрещают почти всё! Не любят, когда мы рассуждаем на «мужские» темы. Например, про войну и бюджет королевства. Лорд Конан поддерживает вас в ваших стремлениях?
— Он любезный и заботливый, — солгала Янина, не желая рассказывать, как жених чуть не задушил её.
Оборотнихи умилённо повздыхали и разошлись, а к принцессе подошла Цефасия Шор.
— Вижу, ты приобрела популярность при дворе, — сказала она.
— Спасибо, что помогли, — вяло улыбнулась Янина.
— Я лишь поведала им о твоих достижениях, — пожала плечами леди Шор. — Себя ты хвалить не умеешь. Это хорошее качество. Скромных леди трудно найти.
— Влияние я использую, чтобы культурный облик Бекрукса улучшился, — произнесла принцесса. — Будет чудесно, когда отстроят здания, пригласят философов и учёных, закроют арены для гладиаторских боёв.
— Почти всё, что ты перечислила, чуждо большинству оборотней, — заметила Цефасия.
— Им понравится жить в цивилизационном обществе, — заверила Янина. — Главное — проводить преобразования медленно, чтобы все к ним привыкли.
— Оборотень, которому ты подарила браслет, убит, — одёрнула платье леди Шор. — Полагаю, ограбление. Есть и хорошая новость. Он успел рассказать о твоём щедром даре. Многие бедняки боготворят тебя.
— Мне не нужна любовь, купленная кровью, — огорчилась принцесса. — Если бы я не отдала браслет, оборотень бы не умер. Я — причина его смерти.