— Не полностью, — пробормотал король. — После первого задания Астрид можешь посетить Крэвэлэнд и увидеться с родными. Я дам тебе возможность попрощаться с ними. Ведь вместе с невестой я убиваю и её фрейлин. Первое задание станет для вас последним.
— Какой заботливый, — с сарказмом протянула Беатриса. — Убьёшь, но позволишь проститься! Когда ты насильно выдавал меня замуж, а после похищал, о моей семье ты не думал, как и обо мне.
— Правитель должен думать только о себе, — Вальтэриан встал с трона.
— Не сомневаюсь, — хмыкнула ведьма.
— Ты потеряла ко мне последние капли… уважения? — поинтересовался король. — Только на «ты» обращаешься. Раньше не смела.
— Я трепетала перед тобой, — призналась Беатриса. — Любила. Ты разрушил мою любовь. А с ней уважение. Твои поступки низки, мой король. При подданных ты для меня Ваше Величество. Один на один — слабый мужчина. Ибо нападаешь на тех, кто защититься не в силах.
— Власть позволяет, — пронзил её холодным взглядом Вальтэриан. — Жизнь овец не имеет цены. Можешь меня ненавидеть. Только имей в виду, играть будем по моим правилам.
— Даже так я обыграю тебя, — пообещала ведьма. — Болью меня не испугаешь. Потеряю рассудок от пыток, пускай. Я, верно, и так не в себе, раз связалась с тобой.
— Думаешь, живя в Смертфэлке, познала истинный ужас? — ухмыльнулся король. — Я создал для тебя идеальные условия. Избавил от ежедневных пыток и работ. Запретил демоническим стражам смотреть на тебя, не то что насиловать.
— Это ты сделал для себя, — возразила Беатриса, пытаясь выровнять дрожащий голос. — Надоевшие игрушки ты ломаешь и выбрасываешь, но не отдаёшь другим.
— Король не должен делиться, — заявил Вальтэриан.
— Верно, — согласилась ведьма. — Мир твой. Однако я не рабыня. А дочь твоего вассала, правительницы запада. Я давала тебе власть над собой, шалея от любви. Теперь не дам. Я почти ровня тебе. Осмелишься причинить мне вред, весь запад поднимется на мою защиту. Королевской гвардии не выстоять против объединённой армии вампиров и оборотней.
— Оборотни веками презирали вампиров за изнеженность и манеры, — напомнил король. — Считали слабаками. При всей нелюбви ко мне, они не сплотятся. А за угрозу своему королю ты ответишь.
— Я уже пережила то, чего боялась до дрожи, — поведала Беатриса.
— Смертфэлк? — иронично поинтересовался Вальтэриан.
— Нет, — поклонилась ведьма. — Мне пора, Ваше Величество.
Беатриса пошла к выходу, не признавшись королю, что больше всего боялась потерять его любовь. После кошмара, пережитого наяву, остальное казалось жалким подобием той боли. Ведьма не хотела вновь показывать Вальтэриану слабость и то, насколько дорожила им. Она поспешила уйти из его общества, чтобы старые чувства не вспыхнули с новой силой.
Король не воспрепятствовал. Уязвлённый нарциссизм помешал ему. Он ощутил себя отвергнутым и оскорблённым. «Любимая вещь ушла от меня по своей воле, — размышлял Вальтэриан. — В чьих глазах я теперь увижу отражение собственного величия? Как та, кто лежала у моих ног, смеет выступать против меня? Я никогда её не любил. Хотя она единственная любила меня… Не может быть. Я не мог лишиться её! Она будет моей. Я сломаю Беатрису, если придётся. Но верну».
Ведьма оставила тронный зал и бывшего возлюбленного. Ей безумно хотелось узнать, о чём он думает, встревожен ли. Но читать его мысли она не решилась. Знала, что король почувствует и не позволит вторгнуться в сознание.
Беатриса вернулась к леди Леониле. Теплота её покоев окутывала. Тело ведьмы постепенно согрелось. Однако душу не покидал холод. От напряжения он перерастал в жар, учащая сердцебиение. Перестать думать о Вальтэриане она не могла, хотя любовь к нему превратилась в ненависть.
— Ты долго не появлялась, — заметила графиня Альсори. — Я забеспокоилась. Библиотекарь со стражниками всё ещё ищут вендиго! Наша хитрость удалась.
— Я Беатриса Фаиэ, — проговорила ведьма. — Благодарю, что помогли вернуть память.
— Рада, что ты вспомнила всё, — сказала Леонила. — Теперь ты на Вальтэриана обижена. Наверное, его ненавидишь. Только не совершай ошибок.
— Каких? Я лишь однажды ошиблась, когда заговорила с ним!
— Вальтэриан опасен, беспощаден, эгоистичен и жесток. Но, пойми, он каждую ночь засыпает с мыслью, что может не проснуться. Моего бедного мальчика окружают враги и лжецы! Добро здесь умирает в первую очередь. Интриги за власть беспощадны. Вальтэриан — король! Многие жаждут его смерти, чтобы захватить власть. Если он не будет уничтожать врагов, как фигуры на шахматной доске, они уничтожат его. Какой бы ни был Вальтэр — он мой названный сын! Я убью того, кто попытается причинить ему вред.