— Коварно, — одобрила Эвридика. — Браво, леди Снэик!
— Я ещё не решила, как поступить, — сказала Еликонида. — Не хочу торопиться. Если уберу с доски главную фигуру, выиграю партию. Остальные станут не опасны сами по себе.
— О чём вы? — не поняла баронесса.
— У меня много планов, — поведала эльфийка. — Не забивай прелестную головку ими. Затащи в постель моего племянника. Потом посмотрим, как действовать.
— Я очарую короля, — уверила Эвридика. — Продолжите покровительствовать мне, и он будет слушаться вас. Уже сегодня Вальтэриан приползёт на коленях к моей постели.
— Не будь уверена, — посоветовала Еликонида. — Он отверг многих.
— Видела я разборчивых, — засмеялась баронесса. — Ничего в них особенного. Одно слово «мужики». Все из плоти. А она их подводит. В постели мужчины беспомощны перед женской красотой. Я лучше многих знаю, как обернуть их слабость в нашу ползу.
— Хорошо, если правда, — сказала эльфийка.
Она понимала, важно взять под контроль племянника и лишить власти Беатрису. Ведь, если не получится, его придётся усыпить, как бешеную собаку. Тогда леди Фаиэ и другие враги потеряют силу, подобно пешкам в шахматной игре.
Из коридора выбежал шут, поскользнулся и едва не ударился о стол. Еликонида рассмеялась, не сдерживая злорадства. Подданные поддержали её заливистым смехом. Чужие падения всегда приносили им радость, пробуждая жажду крови. Тревога о будущем покинула тётю короля, позволив насладиться превосходством перед слугою.
— Идиот, — выругалась она, поймав Курта за шиворот.
— Хуже, — сказал он, раздражая широкой улыбкой. — Я жизнерадостный идиот!
Шут вырвался, махнул шляпой с бубенчиками и убежал. Эльфийка перевела взгляд на танцующих. Она не увидела Вальтэриана с Беатрисой и решила, что они уединились в спальне. Настроение её снова омрачилось. Пробеги шут на сей раз, она не удержалась бы и ударила его головой о стену.
Король и ведьма скрылись в саду, подальше от любопытных придворных. Беатриса не могла прийти в себя после того, как поддалась напору Вальтэриана и ответила на поцелуй. Она ощущала, будто падает в бездну. Но отрицать, что понравилось, не могла.
— Наконец закончился снег, — произнёс король, непринуждённо глядя в темноту. — Зачем мы пришли сюда?
— Я не хотела оставаться в замке, — сбивчиво ответила ведьма. — Душно.
— Морозный воздух мне тоже нравится, — вдохнул Вальтэриан ночную свежесть. — Хотя слушать похвалу придворных весьма занятно.
— Возвращайся на бал, если хочешь, — сказала Беатриса, не зная, чего желает сама. — Я не держу.
— Знаю, — кивнул король. — А ты? Вернёшься ли?
— Чуть позже, — не поняла намёк Беатриса. — Хочу насладиться спокойствием.
— Я предлагаю вернуться не в замок, — заглянул ей в глаза Вальтэриан. — Не упрямься. Нам хорошо вместе. Забудь, что я сделал.
— Играть по твоим правилам мне не под силу, — сказала ведьма. — Я устала, Вальтэр!
— Против меня играть не легче, — ухмыльнулся король.
— Я за тебя, — вздохнула Беатриса. — Мои действия тебе во благо.
— Понятия о моём благе у нас разные, — заметил Вальтэриан.
— Решение помочь Астрид неизменно, — как можно холоднее сказала Беатриса, хотя голос всё равно дрожал. — Твой брак с леди Мейрак — счастье для народа и покой для тебя. Мы больше не проснёмся в одной постели. Не держи меня.
— Я не разбойник, а король, — язвительно произнёс Вальтэриан. — За мной бегают. Не наоборот. Если честь делить со мной ложе для тебя велика, не настаиваю. До тех пор, пока ты мне не понадобишься.
— Я буду сопротивляться, — пообещала ведьма. — Взять меня, как безродную девку, ты не сможешь. Побоишься испортить отношения с вампирами. Не ты ли говорил, политика на первом месте?
— Когда я пожелаю видеть тебя рядом с собой, никто меня не остановит, — прошипел король. — Запад не раз ложился под север. Понадобится, ляжет вновь.
— О чём ты? — вопрошала Беатриса.
— Мой отец завоевал вампиров, — напомнил Вальтэриан. — Воспротивятся, повторю его успех.
— Не осмелишься, — оскалилась ведьма. — Я не позволю.
— Надоевших любовниц я убиваю, как и невест, — лениво проговорил король. — Знаешь, что удерживает меня от перелома твоей шеи?
— Последние капли благородства? — предположила Беатриса. — Благодарность за любовь?
— Нет, — рассмеялся Вальтэриан. — После того, как я впервые взял тебя в библиотеке, мне хотелось провести бритвой по твоей коже. Я желал упиваться болью, усиливая ощущение от соединения наших тел. Но ты сделала то, от чего мысли о подобном оставили меня. Ты опустилась на колени и обхватила рукою мой ствол. Я удивлённо ахнул и возвёл глаза к потолку. Слышала звук упавшего оружия? Нет? Неужели настолько увлеклась… Мне лестно.