— В Сноуколде многие не люди! — улыбнулся Кастор. — Как думаешь, куда занесёт нас ветер?
— Не знаю. Главное, чтоб мы не разбились.
— Отчего пессимистично рассуждаешь? В Хионфлоре многие феи летают вместе с домами.
— Мы не в Хионфлоре, а Штормгроте, — с плохо скрываемой ненавистью сказал Абаас.
— Почему ты не любишь людей? — поинтересовался парень.
— Они убили почти всех моих родственников, потому что абаасы не похожи на них, — поведал мальчик. — Из-за этого меня воспитывала бабушка. Она умерла, хотя клялась, что не оставит.
— Я тоже потерял семью. Но не из-за человека, а из-за мага. Они ничем не лучше других рас.
Воспоминания о сожжённых родных пробудили в Касторе гнев, который сменился тихой злобой и печалью. Он не смог вымолвить больше ни слова. Парень заторможенно смотрел в даль, видя облака и вершины гор Василисков. Ураган занёс его и мальчика далеко на юг, в царство оборотней.
Дом опустился на землю, и ветер исчез. Кастор поднялся с пола и задал вопрос, ответ на который его интересовал с начала полёта:
— Скажи, Абаас, почему именно твой дом унёс ураган?
— Бабушка позвала меня на родину, — последовал странный ответ.
— Твоя бабушка ведь умерла, — не понял страж.
— Да, умерла, но обещала помогать после смерти. Ураган вызвала её душа из загробного мира. В южных горах живут мои сородичи. Они позаботятся обо мне.
— Разве возможно наколдовать ураган после смерти? Грань между мирами живых и мёртвых непреодолима, — возразил Кастор.
— Раз в году она слабеет, и мёртвые могут воздействовать на живых. Сегодня именно такой день, — пояснил мальчик чётко и уверенно, будто всю жизнь изучал магию. — Пойдём к моим родным. Уверен, они будут тебе рады.
— Что ж, мне идти всё рано некуда, — рассудил парень и вместе с мальчиком аккуратно вышел из перевёрнутого дома.
Они оказались в окружении фиолетовых пещер и подземных туннелей. За ними простирались пески, перемешанные с красной глиной. Местность казалась безжизненной. Лишь мелкие ящерки ползали под ногами, прячась в камнях.
— Идём, Кастор, — коварно улыбнулся Абаас и потянул его за руку. — Я голоден.
Ничего не подозревая, бывший стражник пошёл за ним. Пройдя вдоль гор, они вошли в отверстие между скалами и оказались в огромной тёмной пещере.
— Идём! — эхом отозвался возглас мальчика.
Кастор петлял средь камней и прорубленных туннелей, следуя за Абаасом. Чем дальше он отходил от входа, тем больше стремился вернуться назад.
Непроглядная тьма царила повсюду. Летучие мыши кружили над головой парня и постоянно подлетали к лицу, стремясь выцарапать глаза. Несмотря на темноту, можно было разглядеть жирных светящихся улиток. Они ползали по стенам, оставляя за собой следы зелёной слизи.
— Я не пойду дальше, — не выдержал Кастор.
— Не бойся! — дёрнул его за руку мальчик. — Мы почти пришли.
Абаас довёл парня до центра пещерных лабиринтов. Там, далеко от входа, горел яркий свет факелов, лежали обглоданные кости гномов и людей, витал трупный запах. Около костра сидели каменные монстры, абаасы. Высокие одноглазые существа с длинной рукой и ногой клацали металлическими зубами, доедая свежее человеческое мясо.
Привыкнув к свету, Кастор понял, почему ему показалось имя мальчика знакомым. Он вспомнил: абаасами называли монстров, опаснее людоедов. Ведь они пожирали не только тело жертвы, но и душу. Человек, съеденный абаасом, не попадал в загробный мир, а неприкаянной сущностью бродил на месте гибели.
Тошнота стиснула горло парня в болезненном спазме. Его объял ужас. Тело стало ватным и не слушалось. Бывшему стражу хотелось закрыть глаза, однако выбыть из реальности было равносильно самоубийству.
— Вот мои родственники, Кастор! — воскликнул мальчик, и чудовища обернулись, лишая парня призрачной надежды на спасение.
— Сам пришёл, — проговорил почти человеческим голосом вождь абаасов.
— Недавно он хотел убить себя, — вторил ему другой монстр. — Чую, смерть кружила вокруг него. Хочешь умереть? Мы поможем.
Кастор Хэдусхэдл отчаянно замотал головой. Желание совершить самоубийство оставило его. Он захотел жить. Не важно, ради чего. Главное — жить! Смерть в забытой всеми пещере, в желудке абаасов парень считал позором.
Движимый жаждой жизни, он бросился бежать. За спиной его раздался протяжный вой абаасов, означающий смех. Бежать было некуда. Длинная рука старшего людоеда вытянулась и схватила стражника. Кастор начал вырываться, напрягая мышцы.
— Куда собрался? — произнёс абаас. — Ты наш обед.
— Нет! — прокричал парень и, изогнувшись всем телом, схватил с земли острую кость.
Он со всей силы воткнул её в трещину каменной руки абааса. Тот заревел и уронил строптивую добычу. Кастор поднялся и, пока монстр вытаскивал кость из тела, побежал к выходу.