Вместо домов на улицах стояли склепы. Виднелись могильные холмы и плиты. Над ними возвышались готические замки для богатых вампиров. Они пугали и завораживали одновременно. Маги тоже проживали в королевстве. Их дома стояли вдали от жилищ вампиров, в целях безопасности.
Карета Беатрисы ехала и увязала в мягкой земле. Мерещилось, будто Крэвэлэнд медленно проваливается в Нижний мир. От высоких построек падала тень. Несмотря на сияние солнца, повсюду царила темнота. Стражники плохо видели очертания склепов и рисковали напороться на надгробные камни, торчащие из домов бедных вампиров — могил, вырытых в земле.
На улицах не было ни души. Вампиры спали. Гробовую тишину нарушало лишь звонкое карканье ворон. Другие птицы и животные в королевстве не водились.
Путник, случайно зашедший в Крэвэлэнд, давно бы поспешил покинуть его, но только не Беатриса. Ведь она вернулась домой.
Стражи её чувствовали себя не так спокойно. Они представляли, будто из усыпальниц выйдут вампиры и прокусят им шею. Они с опасением проезжали по улицам, пока на пути не появился Крэвэлхолл, величайший замок королевства, резиденция лордов Фаиэ.
Его острые, подобные клыкам, башни врезались в небо. Когтистые гаргульи на балконе скалились и уродливыми тенями падали на красные кусты в искусственном саду. Чёрные гранитные стены, подобно огромным памятникам, стояли на фоне клумб с искусственными цветами.
К Крэвэлхоллу вела витиеватая пыльная тропа, по которой экипаж подъехал ко входу. Ведьма постучала кнокером в форме летучей мыши по дубовой двери. Спустя минуту дверь со скрипом отворилась.
В замке было темнее, чем снаружи. На мраморных столах горели тусклые полупотухшие свечи. Они едва освещали чёрные стены. Высокие потолки, поддерживаемые красными колоннами, не пропускали ни единого луча солнца. Окна были закрыты шторами из красно-чёрного бархата. На стенах весели портреты обитателей Крэвэлхолла, покрытые сетью паутины. Широкая лестница вела на верхние этажи.
Замок был жилой, но выглядел так, будто его покинули давным-давно. С потолка свисала паутина, на полках покоилась пыль. Часы не тикали, камин не горел, ведь вампиры не любили тепло, как и напоминание о времени, которое рано или поздно истечёт даже для бессмертных.
— Ты здесь, дочка? — послышался женский голос со стороны лестницы.
Он принадлежал красивой вампирше с чёрными прямыми волосами, бледной кожей и ярко-красными губами. Одета она была в парчовое красное платье с белым кружевом вокруг горла и рукавов. Её худые пальцы украшали перстни глубокого красного оттенка. Они сочетались с цветом глаз носительницы.
— Здравствуй, мама, — улыбнулась Беатриса.
Стражники поклонились. Они догадались, что перед ними леди Эльвира Фаиэ, глава династии вампиров. Она обняла дочь и обратилась к её сопровождающим:
— Добро пожаловать в Крэвэлхолл! Не беспокойтесь, вам ничего не угрожает. Я познакомлю вас с другими членами нашей высокородной династии, когда они проснутся. Леди Артемьянира — моя главная фрейлина и смотрительница замка — проводит вас в гостевые покои. Отдыхайте. Встретимся на балу.
Из темноты коридора появилась вампирша с чёрными волнистыми волосами, заплетёнными в косу, в пышном болотно-зелёном платье, прикрытом чёрной шалью.
— Идите за мной, — холодно велела Артемьянира. Голос её эхом отразился от гранитных стен.
Стражники последовали за вампиршей.
— Вот мы и одни, дочка, — произнесла Эльвира, беря ведьму за руку и ведя в глубь Крэвэлхолла. — Я бы не поверила, что ты жива, если бы не прочла твоё письмо. Ты не представляешь, что я пережила, когда мне сообщили о твоей гибели в пожаре. Как видишь, эту напасть мы пережили. И замок восстановлен, и ты жива… Сказывают, у вампиров нет сердца. Если так, что болело у меня все годы? Бессмертные не лишены чувств. Я убедилась в этом после гибели твоего отца на войне. Сильным колдуном он был… Ну да ладно, не будем о грустном. Как у тебя дела?
— Рассказывать долго. Лучше покажу, — Беатриса создала магическую сферу. В ней появлялись события, произошедшие с ведьмой после побега из тюрьмы.
Правительница вампиров наблюдала за происходящим в сфере, пока шла по коридорам замка. События вскоре закончились, и колдовство исчезло. Леди Эльвира серьёзно посмотрела на дочь, взглядом передав сочувствие и понимание. Остановившись возле старой двери, она открыла её золотым ключом и произнесла чуть заторможенно:
— Мы пришли. Помнишь свою спальню?
Ведьма кивнула и зашла. В отличие от других комнат вампирского замка эта была наполнена теплом и светом. Из-за него Эльвира Фаиэ съёжилась и отошла подальше от окна. Беатриса, напротив, прошла в центр, сняла кремовые перчатки и положила на круглый столик.