— Весьма романтичная история. Виоланта суждена была герою, а полюбила злодея. К чему ты рассказал мне о ней?
— Для всего нужен повод? — усмехнулся король. — Некоторые вещи я делаю без причины. Легенда вспомнилась сама собой.
— Всё же у реки хорошо, — огляделась Беатриса. — Нет ни вычурных вампиров, ни интриг.
— Не всё красивое снаружи прекрасно внутри, — Вальтэриан подошёл к кусту красных роз и сорвал одну. — На первый взгляд бутон нежный, точно шёлк. Однако шипы…
— В жизни подобные «цветы» часто встречаются, — приняла розу ведьма и вдохнула её аромат. — Их красота притягивает и отпугивает. Ведь память о шипах, которые однажды порезали, не стереть.
— Бояться не нужно, — понял намёк король. — Розы причиняют боль не со зла. Просто шипы их часть. Они такими родились, и этого не изменить. Мы не жители Штормгрота, которые годами не покидают сёл из-за неумения преодолевать страх.
— Согласна. Он помеха для процветания королевств и выполнения твоих заданий.
— Как и самоуверенность. Девчонка Мейраков давно бы погибла без твоей помощи. Но вряд ли испытывает благодарность.
— Мне пора, — вспомнила о времени Беатриса. — Мама будет беспокоиться. Она не ложится спать, пока я не в замке. А вампирам нужен дневной сон, чтобы набраться сил перед долгой ночью.
— Моя мама тоже всегда заботилась обо мне. Она единственная, кто вставал на мою сторону, несмотря ни на что, — король качнул головой, чтобы прогнать мрачные мысли. — Лучше иди. Не стоит волновать леди Эльвиру.
— До свидания, мой лорд, — поклонилась ведьма.
— До встречи! — крикнул вслед Вальтэриан. — Не забывай, я жду тебя в Альтаире.
Беатриса с улыбкой обернулась, однако король уже исчез в чёрном вихре. Она приподняла подол платья и поспешила в Крэвэлхолл, сжимая в руке красную розу.
Мечта
Ведьма нашла улицу, которая вывела к Крэвэлхоллу, и направилась в спальню матери, чтобы пожелать спокойного дня.
Покои правительницы вампиров находились в самой мрачной и отдалённой части замка, где плотные ставни на окнах не давали проникнуть солнечному свету.
Спальня Эльвиры освещалась красным подсвечником. Стол находился в углу. Чёрное кресло с красной обивкой подпирало два шкафа. Один предназначался для книг, другой — для одежды. Вместо кровати стоял закрытый дубовый гроб.
Ведьма подошла к нему, и крышка открылась. Беатриса увидела правительницу вампиров. Её чёрные волосы разметались по красной подушке, бледные руки лежали на животе. Одета Эльвира была в чёрный атласный халат поверх красного платья.
— Наконец вернулась, — поднялась из гроба вампирша. — Уже день, а я уснуть не могу, гадая, не заблудилась ли ты.
— Я гуляла в знакомых местах, — сказала ведьма.
— И, по-видимому, не одна, — заметила розу Эльвира. — Кто он? Надеюсь, не Вальтэриан?
Беатриса отвела взгляд.
— Опять Вальтэр! — простонала вампирша. — Когда он женится и оставит тебя в покое!
— Король случайно появился у реки.
— Случайно? Он ничего не делает случайно! У него всегда всё продумано и спланировано. Ты до сих пор веришь в его сказки?
— Не волнуйся за меня, я себя в обиду не дам. Спокойного дня, мам.
Беатриса поклонилась и вышла из комнаты.
— Нет с детьми покоя, — проговорила Эльвира и легла спать, закрыв крышку гроба.
На пути к своим апартаментам ведьма встретила двоюродного деда, лорда Виланда. Он приходился дядей её отцу, Никанору Фаиэ.
Виланд был довольно стар, однако его короткие золотистые волосы не окрасились в белый. Он красиво одевался, предпочитая сочетание золотого и красного. На пальце носил кольцо с уменьшенным гербом дома Фаиэ. При ходьбе опирался на золотистую трость с руническими символами.
Виланда считали сумасшедшим, ведь он пытался научиться летать, не превращаясь в летучую мышь и не используя магию. Это была его заветная мечта и предмет насмешек со стороны родственников.
В вампира Виланда обратила Эльвира, узнав о его желании летать. Однако обращаться летучей мышью он не научился и продолжал искать способ воспарить в небеса.
— Надо же, кто вернулся в родное гнёздышко! — воскликнул лорд Фаиэ при виде Беатрисы.