Когда они вернулись на площадь, Рамад сказал:
– Можно ли забраться наверх, минуя лестницу? Если вдруг за ней наблюдают.
Каи мог бы его предупредить, но не стал этого делать.
– Мы не будем взбираться наверх, – сказала Зиде.
Рамад удивился, когда она схватила его за руку, но не стал вырываться. Каи воспользовался моментом, когда ветродьяволы его окружили и его ноги оторвались от земли, но Рамад тихонько ахнул. Каи чувствовал, что Зиде медлит несколько мгновений, чтобы проверить, будет ли Рамад паниковать и сопротивляться. Он не стал, и ветродьяволы начали поднимать их вверх.
Каи перестал беспокоиться из-за Рамада, когда они миновали арку конюшен и поднялись вдоль склона в сторону вершины насыпного холма. Он постарался приготовиться к тому, что мог увидеть. Зиде вела их над самыми кронами деревьев, и их ноги касались зеленых листьев. Через несколько мгновений они уже стояли на вершине.
Каменный обод, шедший по краю насыпного холма, стал из белого тускло-серым, но его не скрыла трава, как на площади внизу. Какая-то часть Каи ожидала, что вода будет чистой, дворы и залы со стеклянными потолками – хорошо видимыми, как если бы все происходило вчера.
Но вода приобрела темный, мрачный цвет, и на ней скопились груды гниющих, мертвых листьев.
Над поверхностью виднелись только крыши или вершины самых высоких башен или дворов. Камень был выщербленным и стертым, покрытым чем-то похожим на ржавчину, а стекло – таким пятнистым, что выглядело столь же мутным, как вода.
Каи понял, что у него отчаянно стучит сердце, хотя он испытывал лишь облегчение, ничего больше. Он и сам не знал, чего ожидал, но все признаки возраста, небрежения и смертельного гниения были… успокаивающими.
– Следовало ожидать, что на поверхности будет плавать мох, – сказал он. Им постоянно приходилось очищать от него стоячие водоемы Авагантрума. – И все вокруг станет зеленым.
– Мох растет только в хорошую погоду. – Подозрительный взгляд Зиде остановился на молельной башне Благословенных Бессмертных, стоявшей посреди Залов. Она была высокой и узкой, предназначенной для того, чтобы обеспечивать доступ к посадочным балконам, и лишь несколько этажей все еще находились над водой.
– Они – кем бы они ни были – должно быть, доставили сюда маленькую лодку.
Если они ныряли за реликвиями, сооружение с почти не пострадавшей верхней частью выглядело хорошей платформой, с которой можно было прыгать в воду.
Слева Каи заметил большую стеклянную крышу, такую огромную, что виднелся только ее пик, все остальное скрывалось под листьями и заросло сорняками. Должно быть, это были Храмовые залы, и, если он не ошибся, ему удалось узнать колоннаду на некотором расстоянии от них. Весь верхний этаж находился над поверхностью.
– В том высоком дворе. Именно там мы нашли второго Иерарха.
Зиде стала еще мрачнее.
– Хм-м-м, – только и сказала она.
Под водой должны были находиться сокровища, самоцветы, металлы, но, что еще важнее, интенции, устройства и другие вещи Иерархов, которые до сих пор могли использовать толкователи. Каи безмолвно заговорил с Зиде:
– Сколько людей, знающих, как найти этот двор, еще живы?
– Очевидно, на один больше, чем нужно, – ответила Зиде. – Если только это не совпадение.
Каи сомневался, что все случившееся до сих пор могло быть совпадением.
Рамад с жадным любопытством оглядывался по сторонам. Как арайк, выросший близко ко двору Зарождающегося мира, он всю жизнь слушал истории об этом месте.
– Они прибыли на корабле Благословенных Бессмертных. Возможно, обычные воры. – И прежде чем Каи или Зиде успели ответить, добавил: – Нет, я не настолько наивен. Я хочу сказать, что они либо Благословенные, либо толкователи вроде Аклайнса: те, кто получил или украл освященную лодку. И мне кажется удивительной случайностью, что существуют две разные группы заговорщиков.
Любопытно, что Рамад мыслил в том же направлении, что Каи и Зиде. Во всяком случае, интересно, что он это признавал.
– Друзья Аклайнса, – сказал Каи, – должны нас ждать в Стиосе.
Если только им не удалось обмануть преследователей и никто не сумел угадать их цель. И если Рамад не служил их агентом и не обладал возможностью каким-то образом входить с ними в контакт. Мысль была неприятной; Каи устал быть подозрительным.
Казалось, Рамад не обращал внимания на подводные течения. Он просто кивнул.