Он склонил голову, слабо улыбнулся и с презрением прищурился:
– Я никогда не поверю, что подобная ситуация возникла случайно, Каи-Энна.
И в том, как прозвучало имя, которое больше ему не принадлежало, заставило Каи узнать говорившего.
– Арн-Нефа! Ты ушла, чтобы умереть, потому что сражаться с Иерархами бесполезно. – Каи наклонился вперед, с трудом подавляя порыв вцепиться ей в горло и перегрызть его. – Ты оставила нас там. Ты бросила меня.
Одна из Меньших Благословенных переступила с ноги на ногу, то ли в нетерпении, то ли в смущении.
– Разве ты не намерена обуздать его? У нас есть для этого Благословенные цепи. – Ее вид говорил о юности – то, как желтый и белый шелк плаща охватывал худое тело.
Арн-Нефа даже не повернула к ней головы:
– Сама его приковывай.
Каи сказал Меньшей Благословенной:
– Давай. – И протянул запястья.
– Просто подойди сюда. – Арн-Нефа не поддалась сентиментальным чувствам, однажды она уже пыталась его выпить, но безуспешно.
Демоны не должны сражаться друг с другом в мире смертных, используя силу, которую они обрели, покинув подземные обители.
Меньшая Благословенная скривилась. Очевидно, они знали, кто такой Каи, и оба Благословенных понимали, что Колодец – наилучший способ держать его под контролем.
– Заставь его отдать поисковый камень, толкователь Арнстерат, – заговорил другой Меньший Благословенный. Он выглядел старше: с длинными волосами, завязанными сзади, чтобы подчеркнуть второстепенный статус. – Бессмертный Патриарх нуждается в нем, и нельзя, чтобы он остался в руках этих негодяев. А теперь, после того как ты позволила убить почтенного Фаарина, он захочет камень еще больше.
Даин горько рассмеялся:
– За вашим заговором стоит Бессмертный Патриарх? Очевидно! – Он спросил у Арн-Нефы: – Ты еще не жалеешь, что взяла в союзники Благословенных? На случай если кому-то интересно, – он указал на двух Меньших Благословенных, – это Нарейн и Ширен, давно прилипшие к плащу Фаарина, как маленькие кусочки дерьма, коими они и являются. Вне всякого сомнения, от них требовалось приглядывать за ним, ведь он настолько полон собой, что его собственный мозг не работает. О, простите, был полон собой, ведь теперь он мертв.
Лицо Нарейн стало холодным, а Ширен прошипела:
– Заткни рот, любитель Ведьм.
Даин снова рассмеялся:
– Что? Любитель Ведьм? И это все, на что ты способна? После того, что я сделал? – воскликнул он.
– Они принимают тебя за толкователя? – спросил Каи у Арн-Нефы, главным образом чтобы отвлечь всех от Даина. Он боялся, что оскорбленный Нарейн прикажет ему замолчать, что немногим лучше, чем плеснуть очищенного спирта в костер. – Они не знают, кто ты такая?
– Они знают, – заверила его Арн-Нефа.
Она кивнула толкователю, стоявшему сбоку, – он прикрывал фланг. Арн-Нефа превратила толкователя в фамильяра, что ужаснуло Каи. Он выглядел как молодой арайк, темные вьющиеся волосы охватывала золотая лента, а выражение лица оставалось пустым и равнодушным. На шее висел кожаный шнурок с кулоном, скрытый под тонким материалом темно-синей туники.
Каи следовало перестать думать о ней как об Арн-Нефе, ведь все следы Канавеси сареди давно исчезли.
Между тем Рамад пытался придумать наименее фатальный выход из ситуации:
– Как я уже говорил Благословенному Бессмертному Фаарину, Зарождающийся мир знает о заговоре в Найент-арайке. Вы ничего не выиграете, если причините нам вред. А поисковый камень отправится в Зарождающийся мир, где его передадут Бессмертным маршалам. – Затем он добавил: – Сейчас вам следует уйти, пока есть возможность. И отыскать безопасное место.
– Они не могут уйти, – с удовлетворением заявил Даин. – С одной стороны, они слишком глупы. С другой – потеряли своего защитника Фаарина. Патриарх, с которым они заодно, при первой же возможности отдаст их Маршалам, чтобы спасти собственную шкуру.
На лице Рамада появилось ожесточение. Каи знал, о чем он подумал, ему самому ужасно хотелось заставить замолчать Даина. Но, к несчастью, уста Даина не лгали: попытки Рамада действовать разумно не имели ни малейшего смысла.
Арнстерат стряхнула пепел с рукава, словно происходящее не имело для нее никакого значения.
– Мы хотим только поисковый камень, – заявил Нарейн. – Мы можем договориться.