Это было… странно. Каи не знал, что демоны вызывают такой ужас, пока не началась война и смертные стали присоединяться к сареди и жителям приграничья, чтобы сражаться вместе.
Он провел две полные смены сезонов, посещая лагеря, где союзники со страхом и отвращением на него смотрели, пока не привык. Теперь Даин лишал значимости ужасающее могущество демонов, превращая его в нечто любопытное и очевидное.
Даин выбрал несколько подходящих – по его мнению – листков и положил их на треснувший камень, окружавший фонтан. Но в этот момент из дверей, находившихся в противоположной стороне двора, выбежал слуга, от страха даже не пытаясь обогнуть Каи. Следом во двор вышли два солдата-арайка. Каи напрягся, но вслед за ними появился Башаса и сделал резкий жест. Солдаты поспешно повернулись и скрылись в другой двери.
Башаса остановился рядом с Каи и Даином.
– Идите к Зиде, – сказал он. – Она спрячет вас рядом с собой.
Еще один слуга вышел во двор и прижался спиной к стене. Испуганные, широко раскрытые глаза, казалось, пытались передать нечто важное Башасе. Тот зашипел.
– Нет времени, – сказал Башаса. – Оставайтесь здесь, опустите глаза, сделайте вид, что вы…
Во двор вошел толкователь.
Каи понятия не имел, кем они с Даином должны прикинуться: оба были невысокими, оба сидели и играли с мертвыми листьями, как дети, поэтому толкователя они не заинтересовали. Каи опустил голову, стараясь не спускать глаз с заросшей мхом мостовой. Рядом с ним напрягся Даин, его дыхание участилось. Каи обнял его за плечи и притянул к себе, и Даин положил голову Каи на плечо. Может быть, это поможет; не вызывало сомнений, что никто во дворце Иерархов не подумает, что смертный добровольно коснется демона. Впрочем, Даин не являлся в полном смысле смертным. Если толкователь почувствует…
– О Кантений. Какая честь, что вы нас посетили. Что вас сюда привело? – заговорил Башаса чуть энергичнее, чем следовало.
Послышался шум приближающихся шагов, во двор направлялась группа людей. Толкователь привел с собой эскорт – вероятно, дворцовых легионеров.
– Принц Башаса, – раздался голос.
Прежде чем опустить взгляд, Каи успел увидеть пожилого человека с бледной кожей и аккуратно подстриженной бородой, одетого в золотую куртку поверх черно-золотой туники и юбки. Его шею украшала золотая цепочка с эмалевым орнаментом, золотая вуаль была опущена так, чтобы защитить от солнца глаза. На поясе висела темная трость защитного амулета.
– Я услышал о твоей недавней тяжелой утрате и хотел лично принести соболезнования. – Он говорил на имперском языке с акцентом, который Каи не смог определить. – Кроме того, Голос Иерархов Райханкана присылает свои… сожаления.
Последовала короткая пауза.
– Я благодарю вас и Голос Иерархов за соболезнования. – Теперь его голос стал немного хриплым и неуверенным, и Каи ужасно захотелось, чтобы это была лишь игра. – И я также благодарю Голос Иерархов за позволение вернуть ее тело в наш дом для проведения погребальных обрядов.
«Чье тело?» – подумал Каи.
– Да, такое разрешение вам дали. – Кантений подошел поближе, и теперь Каи видел золотую кайму в нижней части его юбки и носки черных сапог. – Я полагаю, ты пошлешь кого-нибудь сопровождать гроб?
– Одного из домочадцев, ее няню. Таков наш обычай, – ответил Башаса. Создавалось впечатление, что он опустошен и рассеян. – Вы ведь не думаете, что я пользуюсь случаем, чтобы… увести кого-то из дворца? Голос Иерархов оказывает мне честь своим вниманием. Но мне больше некого отправить.
– Даже твоих новых гостей, – утвердительно сказал он.
– Вы имеете в виду Бессмертного маршала? – В голосе Башасы снова появилось раздражение. – Да, она оказала честь моему дому, прибыв сюда. А, вот и она.
Тарен подошла беззвучно, но Каи почувствовал ее приближение через нить силы в ее крови. Ткань плаща зашелестела, когда Тарен остановилась: третья вершина треугольника, сформированного Башасой и Кантением.
– Толкователь, – сказала она.
– Бессмертный маршал. Встреча с Благословенными всегда придает силы.
– Так и есть, – коротко ответила Тарен.
Каи укусил внутреннюю часть щеки. Башаса находился буквально повсюду, его бросало от одной эмоции к другой, а теперь поведение Тарен приведет к тому, что их всех убьют, но не потому, что она их предаст, а из-за ее глупой ослиной гордости.
– Я не имел в виду Бессмертного маршала, – возразил толкователь. – Я говорил об этих гостях.
Каи почувствовал, как его кожу начало покалывать, он понимал, что толкователь смотрит на него и Даина.