— Я знаю! Но мы можем попробовать, например, «Поменяться местами» или «Король идет», — перебил ее Джек.
— Замечательная идея, просто замечательная! — София подтолкнула Онорию своей тростью. — Я уже сто лет не играла в эти игры!
— Очень хорошо, — проговорил Джек, взяв свободный стул и подсел к ней. — Живее, возьмите свои стулья и расставьте их по кругу.
— Что вы себе позволяете! — сердито зашептала Онория.
— Я хочу хоть как-то оживить вечер. А то здесь хуже, чем на похоронах.
— Эти люди не станут играть в глупые детские игры.
Джек показал на гостей, которые, смеясь, уже тащили в крут стулья.
— Это, наверно, самое потрясающее событие, каких давно не видел дом вашего дяди! — в восторге воскликнула София.
Онория все еще сомневалась, но Джек разошелся не на шутку.
— А теперь посмотрите, нет ли еще одного лишнего стула в комнате. Эдмонд, Онория, передвиньте ваши стулья, что вы медлите?
Когда все расселись по местам, Джек встал в центре, проговаривая и нараспев:
— Займи стул соседа, займи стул соседа!
Он медленно поворачивался в кругу, оглядывая каждого из гостей. Затем он скороговоркой выпалил: «Король идет!», все подскочили, и образовалась свалка, так как каждый хотел заполучить свободный стул. Сэр Ричард остался без стула, и София захихикала, радуясь его неудаче.
— Займи стул соседа, — пропел сэр Ричард, заняв свое место в центре круга.
Джек устремился к стулу напротив, который освободила Онория. Она обошла круг, отыскивая свободный стул, но все оказались заняты.
— Тебе водить, девочка! — сказала леди Хэмптон, стукнув тростью об пол. — Давай выходи, Норри!
После следующего круга игры мельком взглянув на Онорию, Джек изумился, увидев ее пылающие щеки, сияющие глаза и радость на лице. Она выглядела естественной и счастливой, он никогда еще не видел ее такой. Онория стала даже красивее.
К его удивлению, гости продолжали играть в эту игру больше получаса. Наконец, они объявили, что устали и решили отдохнуть.
София заявила, что она собирается идти спать, и Джек предложил ей свою руку. Онория последовала за ними.
— Я помогу тете Софии, — сказала она Джеку у лестницы. — Вы можете вернуться в гостиную.
— О, лапочка, позвольте ему проводить меня, — София вцепилась в руку Джеку. — Нет ничего лучше сильной мужской руки, на которую можно опереться.
София пристально смотрела на него, пока они поднимались по лестнице.
— Вы уверены, что мы не встречались раньше? Ваше лицо кажется мне таким знакомым.
— Возможно, на балу в Лондоне прошлой весной?
— О, какой вздор! — София игриво похлопала его по плечу своим веером. — Я не выезжала в город уже сто лет. Вы никогда, случайно, не бывали в доме моего внука?
— Не могу сказать.
— Приезжайте весной, — заговорщицки зашептала София. — Сад в это время просто великолепен.
Они остановились у дверей ее комнаты. Джек низко склонился перед ней.
— Весьма доволен нашим знакомством, леди Хэмптон.
— О, вечер получился чудесный. Я и не помню, когда в последний раз так веселилась. — Она одобряюще посмотрела на Онорию.
— Я искренне рада за тебя, моя дорогая.
Онория зарделась и поспешила провести Софию в ее комнату, в то время как Джек скрылся в твоей. Он ни за что не вернется в гостиную.
Но, по крайней мере, он не зря страдал, ему удалось, в конце концов, развеселить Онорию; она так смеялась во время игры. Обычно она беспокоилась, все время думая о краже ожерелья, о своем будущем и деньгах, растормошить ее составляло большого труда.
Ничего, скоро она научится не переживать о завтрашнем дне и получать все удовольствия от сегодняшнего, как научился, в конце концов, и он сам. Хотя до сих пор расплачивается за это умение. Он устал быть Джеком Дерри, устал быть тем, кем на самом деле не являлся; и устал от людей, которые вынуждали его к этому. Последний сын, легкомысленный повеса, благородный вор. Он не являлся ни тем, ни другим. Все хотели, чтобы он разыгрывал эти роли, а если не соответствовал им, то оказывался виноватым. Когда этот глупый фарс закончится, он станет самим собой и прекратит прикидываться кем бы то ни было. Он сам решит, как распорядиться своей судьбой, а все пусть катятся ко всем чертям.
Хотя — какой-то придирчивый внутренний голос спрашивал, не этим ли он и занимался всю свою жизнь. Делал все, что хотел, не думая о том, какие последствия это могло навлечь на него и окружавших его людей. Из-за этого легкомыслия он чуть не оказался на виселице.
Да, наверно, нехотя признался Джек сам себе. Но все-таки он вынес из всего случившегося какой-то урок и не хотел, чтобы все это снова повторилось. Если он прекратит подстраиваться под требования различных людей с извращенными представлениями и будет прислушиваться к своему внутреннему голосу, то сможет все исправить. Теперь у него появились свои, лучшие намерения в жизни…
В представлениях же Онории Стерлинг он оставался всего лишь вором, но она поздравляла себя, что сумела найти такого благовоспитанного. Она считала, что это благодаря ее усилиям он превратился из отщепенца в джентльмена. На самом же деле такое превращение было просто невозможно.
Уступая, он подыгрывал ей, но как можно оставаться такой слепой! Разве она не видела, что он всегда являлся большим, чем обыкновенный заурядный вор! Как глупо! Она ждала от него, что он окажется таким, каким его желала видеть она. Также, как и его отец.